Алесь Логвинец: Власть не хочет контактов между белорусами и гражданами ЕС

Есть ли у Беларуси шанс улучшить отношения с ЕС? Когда мы сможем ездить к соседям без виз? Об этом и о многом другом журналисты беседуют с политологом Алесем Логвинцом.

— Как можно охарактеризовать состояние нынешних белорусско-европейских отношений?

— Как очень плохие. Причина — внутренняя политика белорусских властей и нежелание строить отношения по признанным в сегодняшней Европе правилам. Речь об уважении к европейским ценностям, рыночных принципах, взятых на себя обязательствах, о правовом государстве, которое у нас сегодня отсутствует.

— Вы говорите о плохих отношениях, какая вероятность, что они улучшатся в этом году или, скажем, в следующем? Есть ли шанс вернуть их, по крайней мере, на тот уровень, который был пару лет назад?

— Пока существует страна Республика Беларусь, пока Евросоюз заинтересован в отношениях с ней как одним из соседей, шанс есть. Площадка для развития отношений существует, просто белорусские власти не хотят ступить на нее.

Сегодня возобновлению полноценного диалога препятствуют два основных фактора. Первый — наличие политических заключенных, людей, осужденных в результате политически мотивированных судебных процессов. Второй — общее отношение белорусских властей к демократическим процедурам. Если со стороны белорусских властей не будет убедительных сигналов, что они начинают придерживаться признанных в ЕС правил игры, то европейских политиков будет трудно убедить в том, что диалог можно продолжать.

Вместе с тем, отношения ЕС с белорусским гражданским обществом не остановились. Сегодня у ЕС есть осознание, что без большого количества людей, которые смотрят в сторону ЕС, диалог с властями будет малорезультативным, и все равно зайдет в тупик. Пока в Беларуси нет сильного давления снизу на власти, чтобы они развивали полноценные отношения с ЕС, работа евроструктур с белорусскими властями не будет иметь большого эффекта.

— Говоря о белорусских властях, мы имеем в виду политическую волю одного человека, всю систему власти или все вместе?

— Есть политическая воля одного человека, который во многом определяет поведение страны в целом. Он сегодня находится в ловушке, в которую сам себя загнал. Он не хочет идти на компромиссы. Его политический компромисс — все или ничего. С другой стороны, система построена вертикально, она не применима к полноформатным отношениям. Но, думаю, на среднем уровне власти есть существенное количество людей, которые бы хотели нормализации отношений, которые видят свою как экономическую, так и политическую выгоду в укреплении европейского вектора. Я бы не говорил, что система монолитна настолько, как ее подает пропаганда. Однозначно, есть часть людей во власти, которые страдают по причине самоизоляции.

— Евродепутаты и еврочиновники повторяют, что нормализация отношений возможна только в случае освобождения политических заключенных. Будет ли ЕС стоять на этой позиции или, как раньше случалось, не будет таким принципиальным?

— Разочарование ЕС в диалоге, который был в 2008 — 2010 годах, довольно большое. Поэтому вряд ли белорусским властям теперь будут верить на слово. Насколько принципиальные условия выдвинут — освобождение всех политических заключенных сразу или постепенно — ответить сложно. Как гражданин Беларуси, который разделяет демократические ценности, я бы хотел, чтобы белорусские власти сразу исполнили все условия. Но, как свидетельствует ситуация 2008 года, власти будут малыми кусочками уступать свою позицию. И все это время будет идти пропагандистский вопль, что это, мол, сама Европа идет нам навстречу.

ЕС сегодня не монолитен, определенное поле для маневра белорусские власти имеют. Хотя ситуация в чем-то и идет по спирали, сейчас она дошла до определенного пункта накала. Поле для маневра сузилось, и теперь белорусские власти будут возвращаться к попыткам диалога. При этом, твердя обратное, они будут, по крайней мере, частично делать то, чего требует объединенная Европа.

— С июля Польша председательствует в Совете министров ЕС. Привнесет ли это новое дыхание в белорусско-европейские отношения?

— Председательство в Совете министров важно, но после вступления в силу Лиссабонского соглашения этот фактор в сфере иностранной политики не имеет такого большого значения, как раньше.

С одной стороны, очевидно, что будет сохраняться высокий интерес к тому, что происходит в Беларуси. Белорусский вопрос будет на порядке дня. МИД Польши станет одним из центров, который предлагает решения по Беларуси.

С другой стороны, существенных изменений во время польского председательства ждать не стоит. Существенные перемены должны произойти именно в Беларуси. И сейчас внутри страны они начинают происходить. Но перейдут ли в другое качество, сказать трудно.

Белорусские власти, как, кстати, и российские, в чем-то игнорируют фактор общего принятия решений в ЕС, они во многом рассчитывали строить отношения напрямую с отдельными столицами — Вильнюсом, Ригой, Римом, Берлином...

В результате предыдущего диалога 2008 — 2010 гг. ЕС втянулся в белорусские дела. Сюда приезжали европейские министры, которые делали соответствующие заявления. А после 19 декабря прошлого года произошло большое разочарование. И оно вызывает естественное желание европейских политиков что-то сделать в отношениях с Беларусью.

— Недавно случился конфуз вокруг пограничного безвизового соглашения между Беларусью и Польшей. Неожиданно оказалось, что Лукашенко подписал соглашение еще в прошлом декабре. Но по дипломатическим каналам Беларусь об этом Польше не сообщила. Это заставило Варшаву полагать, что соглашение лежит в Минске не подписанным. Кто затягивает вступление в силу безвизовых договоренностей с Литвой, Латвией и Польшей?

— Этот пример — отражение тактики белорусских властей. Дьявол всегда в деталях. Белорусские власти блокируют работу условленных договоренностей, цепляясь за детали. А ведь польские политики согласились на несимметричные условия, на регистрацию поляков по приезде в Беларусь. А это — старая советская практика, ведь в странах Шенгена регистрироваться не надо.

Белорусские власти не хотят ускорять пограничные безвизовые процессы, стараются как можно дольше их затянуть. Они не хотят контактов между белорусами и гражданами ЕС. По крайней мере, хотят, чтобы они происходили по их собственным правилам. Массовые контакты наших граждан с западными соседями в средней перспективе белорусским властям невыгодны. Очевидно, что количество неконтролируемых властью обычных человеческих контактов с течением времени перерастет в качество.

— Когда белорусы будут платить за шенгенские визы меньше?

— Вина за визовую проблему лежит на белорусских властях. Но и в Евросоюзе есть определенные преграды, как процедурные, так и политические. Сегодня ЕС не готов к революционным шагам в визовом вопросе. На фоне экономического кризиса и безработицы там растет поддержка консервативных и даже правых политических сил.

Эти преграды не позволяют прийти к быстрому решению проблемы. Накануне наших президентских выборов ЕС мог бы сделать одностороннее снижение оплаты за визу, послать сигнал обществу. Но не пошел на это. Может, было понимание, что белорусы еще не в состоянии осознать и позитивно воспринять такой сигнал?

Быстрого решения тут не будет. Надо искать ключ к проблеме в определенных европейских столицах, которые хотят способствовать большим контактам между Беларусью и ЕС. Надо помнить, что это вопрос не сегодняшнего и не завтрашнего дня.

Думаю, когда в Беларуси будет демократическое правительство, то Евросоюз довольно быстро пойдет на подписание соглашения об упрощении визовых процедур и снижении цены до 35 евро.