Количество политзаключенных в Беларуси снова увеличилось, их сейчас 902 человека. Эта цифра растет каждый месяц, начиная с марта, когда было последнее массовое освобождение политзаключенных. Однако самое ужасное в том, что репрессии не только не исчезли, они изменили форму. Пока некоторые адвокаты режима заявляют нам, что репрессии снижаются, они, наоборот, становятся более системными и глубокими. Гайки сейчас зажимаются уже не только для потенциально нелояльных граждан, а для самых обычных аполитичных беларусов. И делается это по всем направлениям, пишет политический аналитик Виталий Цыганков на Белсате.
Минский городской суд 9 сентября вынес приговор адвокату Дмитрию Лаевскому. Его приговорили к трем годам лишения свободы и взяли под стражу в зале суда. Адвоката обвинили по статьям УК «содействие экстремистской деятельности и дискредитация Республики Беларусь». В 2020-2021 годах Дмитрий Лаевский защищал политика Виктора Бабарико и адвоката Максима Знака. Сразу после вынесения приговора Бабарико Лаевского исключили из коллегии адвокатов – из-за его выступления в судебных прениях по делу.
Основанием для обвинений, по которым Лаевскому вынесли приговор, стали его интервью различным независимым беларусским СМИ.
Я хочу обратить ваше внимание на эту дикость – он давал интервью в 2020-21 годах, например, Радио Свобода, «Еврорадио», «Немецкой волне», которые на тот момент вполне легально работали в Беларуси. Потом их объявили экстремистскими и за появление на страницах этих СМИ стали сажать за решетку. Я с ужасом думаю, сколько людей, которые остаются в Беларуси, и которые давали интервью независимым СМИ, сейчас под угрозой – каждый день к ним могут прийти.
Это же они давно так делают. Задним числом объявляют незаконным то, что было когда-то вполне законным – и начинают за это преследовать! Например, люди в 2020 году, еще до августовских событий, донатили медикам на борьбу с ковидом – а потом за это начали привлекать к ответственности, так как та организация, куда донатили, считается экстремистской.
Иногда кажется, что власти уже не знают, что бы еще взять под полный контроль либо объявить незаконным. Частную медицину, негосударственное образование, или вот, например, домофоны. Министр внутренних дел Иван Кубраков на днях завил, что в случае введения лицензирования деятельности по установке и обслуживанию домофонов Департамент охраны МВД сможет взять эти работы на себя, если не будет лицензированного поставщика услуг. Домофоны будут приравнены к техническим системам охраны. Кроме того, в МВД планируют создать систему, которая позволит работникам экстренных служб и силовых структур оперативно получать доступ в здания.
Здесь, конечно, Министерство хочет одним ударом двух зайцев убить – и контроль и финансовые доходы.
Сегодня беларусская действительность – это система постоянного давления, в которой человек может даже не попасть в тюрьму, но быть лишен возможности спокойно жить в стране. Сажают за любой негативный комментарий в соцсетях – не только в адрес Лукашенко, но и в адрес любого рядового милиционера. Продолжается практика, когда человека могут увольнять либо не брать на новую работу за подпись не за того кандидата на выборах в 2020 году.
Кого они еще не достали? Детей? Да нет, и до детей давно добрались. Обыскивают на входе в школу, заставляют принимать участие в военных сборах.
Почему это Лукашенко вдруг забеспокоился здоровьем учеников? Да просто режиму нужны здоровые солдаты! Власти уже изменили законодательство, и теперь в армию берут всех – и с астмой, и с плоскостопием.
На днях Лукашенко изменил Директиву № 1, которая была документом о борьбе с пьянством и регулировала безопасность на производстве. В новой редакции на первый план вышли противодействие экстремизму, контроль общественного порядка, миграции и информационного пространства.
Показательно, не так ли? Начав борьбой с пьянством, система дошла в своем развитии до борьбы с инакомыслием. Процессы репрессий идут вглубь – давно уже не только в отношении политически нелояльных, а всех трудящихся, так как это директива касается производства.
Или например, людей сажают за решетку просто за высказывание какого-то альтернативного взгляда на определенные события Второй мировой войны. То, что было вполне нормальным еще шесть лет назад – сейчас называется «отрицание геноцида беларусского народа», и может повлечь уголовную ответственность.
Иногда задаются вопросы – зачем Лукашенко продолжает политические репрессии, если в сегодняшней ситуации никакие массовые протесты внутри Беларуси не выглядят возможными. Казалось бы, на фоне приезда в Минск спецпосланника президента США Джона Коула, на фоне приезда в Беларусь Анджея Почобута и явного желания Минска улучшить отношения с Польшей можно было бы хотя бы притвориться, хотя бы временно приостановить репрессивную машину.
Для Лукашенко политические репрессии – это не только его психологическая реакция на протесты 2020 года, но единственно надежный способ удержания системы власти. Задача репрессий – не только наказать конкретных людей, но и создать атмосферу страха, в которой люди избегают любой не одобренной властями политической активности.
Второй мотив – контроль над номенклатурой, государственным аппаратом. Репрессии как для «обычных граждан», так и для людей с определенной должностью должны демонстрировать чиновникам, силовикам и бизнесу, что система ожидает безусловной и полной лояльности. В авторитарных режимах это важно: страх наказания должен работать не только на оппозицию, но и на подчинение внутри самой вертикали.
Кроме того, репрессии постепенно стали частью новой идеологии государства. Лояльность понимается уже не только как отсутствие сопротивления, а все более как активная и публичная поддержка.
Это и есть то, что можно назвать «репрессиями вглубь»: властям уже не обязательно бросать в тюрьму десятки тысяч людей. Они создают ситуацию, когда миллионы людей сами вынуждены понимать, где проходит граница дозволенного, и сами корректируют свое поведение.
В результате эволюции режима репрессии стали не временной мерой, а постоянным механизмом стабилизации системы, которая все больше опирается именно на контроль и принуждение.
Оптимистичные публицисты в 2020 году говорили нам, что «мы уже победили» и что на «штыках долго сидеть нельзя». Оказалось – можно.
Массовые репрессии особо не нужны, если есть электоральная поддержка, если есть рейтинги. Если этого нет – тогда ослабление репрессий становится фактором риска.
При этом я не считаю на все 100 процентов верной распространенную мысль, что «при этом режиме массовые репрессии будут всегда». Не исключена такая ситуация, когда плюсы от нормальных отношений с Западом, снятия санкций, прихода инвестиций будут настолько привлекательными, что перевесят другие мотивы, страх перед собственным обществом.
И поэтому хотелось бы, чтобы господин Джон Коул и американская дипломатия поняли – если вы хотите добра беларусам, то мало уже просто освобождать политзаключенных. Если Лукашенко действительно заинтересован в какой-то «большой сделке» – то США должны первым и главным условием ставить прекращение системных репрессий.
Добро пожаловать в реальность!