Миллионы беларусов пережили травматический опыт после протестов 2020 года. Социолог Геннадий Коршунов изучил коллективную травму общества. В интервью DW он рассказал, как война в Украине затмила события 2020 года, считают ли белорусы себя жертвой и как отличается отношение к пережитому у тех, кто остался в стране, и у тех, кто вынуждено ее покинул.
- Что для вас стало самым неожиданным результатом исследования коллективной травмы белорусов после 2020 года?
- Прежде всего, масштаб травматического опыта. Его пережили почти все, кто поддерживал протесты. Около трети столкнулись с физическим насилием - над собой или членами семьи. Это очень много. Второе - насколько типично повел себя режим как агрессор. Он действует по схеме. Есть четыре основные стратегии: отрицание событий 2020 года, переписывание истории , призыв "перевернуть страницу". К сожалению, четвертая стратегия, которую описывают исследователи, - признание своей вины и принятие ответственности - в Беларуси пока вообще не проявляется. Еще меня поразило, как сильно на людей повлияла полномасштабная война России против Украины в 2022 году. Хотя она напрямую не коснулась Беларуси, само ожидание соучастия в войне , страх экономической катастрофы сильно повлияли на общественное сознание и для многих в каком-то смысле заслонили опыт 2020 года.
"Белорусов объединяет неопределенность будущего"
- Вы сказали, что каждый, кто поддержал протест, получил травматический опыт. Можно ли это выразить в цифрах?
- Речь идет о миллионах белорусов. Это не только те, кто выходил на улицы, но и те, кто следил за событиями, помогал деньгами инициативам и потерпевшим, распространял информацию. Но важно понимать: травматический опыт не всегда превращается в травму. Психика адаптивна, она многое делает, чтобы защитить себя. Травма возникает тогда, когда негативный опыт становится доминирующим способом восприятия реальности. Это происходит не всегда. Кто-то может пройти через тяжелые события и жить дальше, без серьезных последствий. Кто-то даже становится сильнее. А для других этот опыт становится травмой, которая будет влиять на их идентичность и жизнь долгие годы. То есть травматический опыт для нации огромен, но он не стал определяющим для большинства. Чтобы он стал частью национальной идентичности, его должны осмыслить культурная и научная элита. Проблему нельзя замалчивать, как сейчас происходит в Беларуси, о ней нужно говорить, обсуждать, фиксировать. Нужно создавать общую историю, которая соединит прошлое, настоящее и будущее.
- Какие различия вы заметили между белорусами, которые остались в стране, и теми, кто был вынужден уехать?
- Главное, что объединяет всех белорусов, где бы они ни жили, - это неопределенность будущего. Это сильно раздражает и мешает строить жизнь. Почти половина жителей внутри страны считает, что главный источник опасности - государство. Это очень специфичная ситуация. После 2020 года власть закрепила за собой в пропагандистских нарративах статус, пусть и агрессора, но "защитника". Режим жестко давит на общество, но как будто во имя безопасности. У белорусов в изгнании часто есть чувство вины за то, что они уехали. Из-за этого - повышенные требования к себе и недовольство происходящим. И самое неприятное - начинает формироваться дистанция между теми, кто уехал, и теми, кто остался. Возникает разделение на "мы" и "они". Это тревожная тенденция.
"Замалчивание только вредит"
- Репрессии в Беларуси не прекращаются, хотя протесты давно закончились. Можно ли сказать, что белорусы адаптировались к этой страшной реальности, и, может быть, уже наступил посттравматический период?
- В протестной части общества видно, что люди продолжают переживать травматический опыт. Особенность белорусской ситуации в том, что идет постоянная ретравматизация - власть сознательно создает условия, чтобы общество чувствовало себя жертвой, зависимой от режима. Пропаганда целенаправленно продвигает нарратив, что все держится на Лукашенко , все зависит от его воли.
- Что, по-вашему, могло бы помочь белорусскому обществу справиться с этим опытом?
- Нужно говорить. Замалчивание только вредит. Обществу, медиа, политикам, ученым, деятелям культуры важно осознать то, что произошло, и зафиксировать это. Если смотреть шире, 2020 год не стал для протестной части общества исключительно травмой. Для многих это время рождения нации и героев. Пусть пока героев трагических, потому что победы еще нет, но они не видят себя жертвами - скорее временно побежденными.
- В этом есть надежда, что не все потеряно?
- Безусловно. И я думаю, это одно из главных достижений 2020 года. Ведь власти и лично Лукашенко очень хотели бы, чтобы и те, кто уехал, и те, кто остался, чувствовали себя беспомощными жертвами, зависимыми и неспособными действовать самостоятельно. Но это не так. Общество осознает, что может многое. Для многих белорусов внутри страны события 2020 года немного затмились страхом войны 2022 года. Но последние опросы показывают: образ режима как «агрессора и защитника» начинает разрушаться.
Добро пожаловать в реальность!