"Здравствуйте, вас беспокоят из Минска,с проспекта Независимости, 17...”
А вам уже писали из КГБ или, скорее, какие-то незнакомые люди с незнакомых страниц в соцсетях с предложениями сотрудничать, покаяться и вернуться в Беларусь или с угрозами, которые придут к вашим родственникам? Сегодня с такими сообщениями может столкнуться почти каждый человек, что не согласен с политикой Александра Лукашенко.
Чтобы узнать, как лучше реагировать на сообщения и предложения спецслужбистов Лукашенко и не сойти с ума от страха, Еврорадио поговорило с юристом правозащитного центра “Весна” Светланой Головневой, а также с психологиней Анной Матуляк.
Лучшая реакция-отсутствие реакции
Правозащитники говорят, что практика активно писать и пытаться связываться с белорусами в эмиграции в КГБ довольно свежая. По крайней мере, раньше люди так часто об этом не рассказывали.
— Я и мои коллеги оцениваем это как новую форму давления как на конкретных людей, с которыми пытаются связываться, так и в целом на сообщество, — говорит юрист Светлана Головнева. — Если мы знаем, что кому-то пишут и предлагают сотрудничать, наверное же, кто-то может и согласиться? Таким образом мы чувствуем себя более неупененно — режим пытается снизить доверие в сообществе. Но, надеюсь, это не очень работает. Люди активно рассказывают о таких случаях — публично или нет. Это хорошо, так как снижается эффективность таких попыток сотрудников КГБ, а также показывает, что это не так страшно.
Если отвечать на вопрос, как реагировать на сообщения, я бы в первую очередь задумалась, а точно ли мы знаем, кто нам пишет? Действительно ли это сотрудник госбезопасности, а не какой-то пранкер или мошенник?
Поскольку мы не можем быть точно уверенными, так как никаких документов или снимков тех, кто присылает нам сообщения, у нас нет, то и реагировать на это мы можем соответственно — быстрее не реагировать и не относиться к этому как к тому, что требует какой-то реакции.
Мы всегда советуем в коммуникации с милицией, следователями, любыми госорганами, если она не в твою пользу и не тобой инициирована, минимизировать ее или свести только в какие-то официальные, установленные законодательством траектории. Что-то нужно? Вызывайте на допрос через официальный запрос, чтобы не ввязываться в не понятно зачем нужна переписка с кагэбэшником с непонятным аккаунтом.
— Так все же не отвечать или выводить на более официальный уровень?
— Ну, тут зависит от того, что вам нужно. Если вы хотите с ними разговаривать, вы можете попросить письмо на бланке. Если вы не хотите общаться - у вас нет обязанности реагировать на какие-то непонятные сообщения в соцсетях. Не реагируйте.
Если вы хотите провести какую-то занятную коммуникацию, чтобы впоследствии сделать какие-то скриншоты — ну, переписывайтесь. Это тоже ваше право.
— Не все могут распознавать манипуляции и спокойно реагировать на такие сообщения. Когда люди находятся за границей и читают, что кэдэбэшник готов пойти к их родственникам-это как минимум неприятно.
— Мне кажется, что если вы беспокоитесь за возможное давление на близких в Беларуси, здесь тоже работает минимальная реакция на сообщения. Блокируйте, отправляйте в спам, не показывайте, что вы как-то реагируете. Цель кэдэбэшников-запугать вас. Показать то, что угрозы совершаются, может быть следующим шагом. И когда вы входите в эту коммуникацию, сотрудники могут соправды доказать, что они не просто вам угрожают на словах, но и прийти к родственникам или позвонить им.
— Публиковать скриншоты сообщений возможных кэдэбэшников-хорошая практика?
— Мне кажется, что да, потому что это показывает другим людям, что такое происходит и это не так страшно. Также это дает пример остальным, как можно реагировать или не реагировать на это. Еще раз, отсутствие ответов на такие сообщения - это тоже реакция. Ну и так, если вам предложили сотрудничество и вы опубликовали факт этого предложения, дальше, скорее всего, сотрудникам КГБ или других госорганов станет не так интересно с вами разговаривать.
Если человек не боится обнародовать информацию — это хорошая стратегия. Если вас уже запугали тем, что придут к родственникам и вы боитесь обнародовать это-лучше просто игнорируйте.
— Стоит ли писать о таких случаях правозащитникам?
— Всегда можно написать и посоветоваться, как себя лучше вести, если есть какие-то сомнения. Мы не фиксируем специально все случаи, поэтому это по желанию. Если вы не хотите писать о подобных сообщениях публично, рассказывайте об этом коллегам и близким. Пусть все понимают, что такое явление есть, и здесь не стоит оставаться наедине со своими страхами. В общем, если люди понимают, что такие сообщения приходят многим и мы наблюдаем за очередью каких-то провокаций, то это уже может не казаться таким страшным.
Не просто манипуляции, а жестокая атака. Не подсаживайтесь на крючок
Сообщения, которые сотрудники режима присылают белорусам, пытаясь всех запугать, психологиня Анна Матуляк называет не просто манипуляцией, но настоящей жестокой атакой. Специалист также советует не вступать в такие переписки и заботиться о своем здоровье.
— Те, кто пишут, бьют и атакуют в самое уязвимое — у дорогих, близких людей, чувство ответственности за них. И это, конечно же, никакой не разговор, а естественная психическая атака.
Здесь важно понимать, что любая реакция — это уже связь и дальнейшее раскручивание клубка чувств и переживаний. Если не отвечать, шансов сохранить контроль гораздо больше.
Молчание, фиксация фактов, обращение к юристам, если это возможно — вот, что нужно делать. Когда человек вступает в диалоги, отвечает "А вот я вас сейчас заблокирую", "Не дождетесь", "Посмотрим" — с каждым словом он все больше погружается в эту связь и садится на крючок, так как там аргументы не заканчиваются. Думать о том, что кто-то такой сильный и кого-то могут те манипуляции не зацепить-я бы не стала. Даже когда мы понимаем, что нами манипулируют, тело и вся нервная система реагируют на них. И все-запускается уже целый цикл очень сильных эмоциональных реакций, потому что психика активируется на атаку. И вот поэтому чем меньше этих крючков, тем проще.
Увидели, услышали — все, не отвечайте. Заблокировали и никаких дальнейших выяснений.
Вина, страх и бессилие — это основные чувства, которые может переживать человек, получив сообщение с угрозой. Стоит понимать, что это нормальная реакция на насилие, ведь то, о чем мы говорим — это именно насилие. Здесь важен максимальный контакт с реальностью: другие люди, разговоры с этими людьми. Нельзя оставаться в изоляции, ведь так страх теряет свою силу. Как только мы изолируемся и начинаем гонять у себя эти мысли — он начинает нас захватывать.
— Почему силовики активизировались именно сейчас?
— Вероятно, и у режима тоже усилилась тревога, теряется контроль. Возьмем в пример, протесты школьников против запрета на использование мобильных телефонов. Никакие противостояния на политической основе сегодня в Беларуси невозможны, но здесь появился якобы такой легальный повод хоть как-то выразить накопившийся бунт. Школьники высказывают его как могут — видимо, до конца не понимая, что делают. Бессознательное ищет выход и находит, потому что все эти дети так или иначе даже если не вовлечены в политику, все равно живут в этой неволе, дышат этим невольным воздухом, при этом как более чувствительная категория людей. У них еще не выросли такие психологические скилы, которые есть у многих взрослых, как, например, диссоциация и вытеснение.
Наблюдая за такими проявлениями, возможно, власть понимает, что все же недовольство нарастает и его очень сложно уже сдерживать. Когда внешние рычаги давления теряются, режим начинает разрушать горизонтальные связи и доверие, чтобы встретить людей, чтобы рассорить нас. Принцип таков: Чем меньше люди будут связаны друг с другом, тем меньше вероятности, что они смогут объединиться и дать какой-то отпор. Единственная сила, которая остается в сообществе-это доверие и связь. Вот по этому и бьют.
Добро пожаловать в реальность!