Елена Герман обратилась к главе МНС. Она объясняет: средства, которые люди перечислили ей после убийства мужа силовиками, не являются доходом.
Напомним, инспекция Министерства по налогам и сборам по Московскому района Минска посчитала, что благотворительная и безвозмездная помощь неравнодушных граждан Елене на содержание ее несовершеннолетних дочерей является ее личным доходом за 2020 год. Согласно решению налоговой инспекции, Елена должна уплатить подоходный налог в сумме, эквивалентной 4 419$.
Эту сумму Елена Герман должна была заплатить до 1 июня. С этого дня ежедневно начисляется пеня.
Елена Герман и Александр Тарайковский жили в незарегистрированном браке. Александр работал предпринимателем. Он был единственным кормильцем семьи, в которой растут двое детей: Дарья, старшая дочь Елены от первого брака, и Настя, дочь Александра Тарайковского и Елены Герман.
Фото из личного архива
После гибели Александра Тарайковского люди из разных стран, в том числе и наши соотечественники, перечисляли средства на банковский счет Елены, чтобы поддержать ее и детей.
На днях Елена Герман побывала на приеме у председателя Минского городского Совета депутатов с просьбой освободить от уплаты подоходного налога Андрея Бугрова.
— Мингорсовет перенаправил мое обращение в Мингорисполком. Ответа пока нет, — рассказала Елена в интервью «Cалідарнасці».
Вдова Тарайковского решила обратиться с открытым письмом к министру по налогам и сборам Сергею Наливайко с просьбой признать решение налоговой инспекции незаконным, поскольку целевые благотворительные пожертвования физических лиц на содержание ее дочерей до их совершеннолетия нельзя признать доходами, которые получены от какой-либо трудовой деятельности, или иными доходами, и поскольку эта помощь не направлена на получение личного ее дохода.
— Согласно Налоговому кодексу, доходом признается вознаграждение за исполнение трудовых или иных обязанностей по выполнению определенной услуги или действия, которое плательщик получил от иностранных организаций, иностранных индивидуальных предпринимателей и от представителей международных организаций.
Пожертвования людей, которые поддержали нас после гибели Саши, отнесли к иным доходам, получаемым из-за границы. Но в Налоговом кодексе ничего не сказано про целевые благотворительные пожертвования физических лиц по оказанию единовременной помощи человеку, который попал в тяжелую жизненную ситуацию, — поясняет Елена.
Вдова Тарайковского отмечает, что отказ в возбуждении уголовного дела против сотрудников милиции, которые убили ее мужа, не позволит ей предъявить им гражданский иск о возмещении вреда в связи с потерей кормильца.
Елена Герман считает несправедливым платить налог с помощи, которую оказали неравнодушные люди.
«Что такое доход? Это, прежде всего, получение денежных средств или материальной ценности в результате определенной деятельности, — говорится в открытом письме Елены министру по налогам и сборам Сергею Наливайко. — Предоставление целевых безвозмездных благотворительных пожертвований одним гражданином другому — эта помощь не направлена на получение дохода. При этом основой благотворительности является бескорыстность, то есть отсутствие стремления к личной выгоде.
Ведь уже есть практика благотворительной помощи. К примеру: родители школьников периодически проводят такие сборы денежных средств на благоустройство школы; церковь также получает пожертвования на строительство храмов; больному ребенку на операцию люди собирают по несколько сотен тысяч в иностранной валюте, но государство не требует с них уплаты подоходного налога.
Я считаю, что данные средства не являются моим личным доходом, так как они были направлены на содержание двух малолетних детей».
— Если распределить средства, которые мы получили после убийства мужа, до совершеннолетия нашей дочки, получается 500 рублей в месяц, — говорит Елена.
Дочке Александра Тарайковского, погибшего 10 августа во время акции протеста в Минске после президентских выборов, в мае исполнилось четыре года. Настя помнит отца и скучает по нему.
— Каждое утро в детском саду она плакала и кричала: «Забери меня с папой!». У нас была традиция: мы вместе забирали Настю из садика. Сейчас она понимает, что папа не придет.
Настя не раз повторяла: хорошо, что ты не пошла с папой, я бы боялась остаться одна. Недавно проснулась и плачет. Спрашиваю, что случилось. Говорит: «Мне папа приснился, он цветочки тебе подарил».
Добро пожаловать в реальность!