«Неизвестно, сможет ли Лукашенко признать свою ошибку»

Кто больше всех пострадал от президентского декрета № 3.

По Беларуси прокатилась волна демонстраций против президентского декрета «О предупреждении социального иждивенчества», который в народе прозвали «налогом на тунеядство».

Стоит ли ожидать весной массовых антиправительственных выступлений?

— Я такого не исключаю, но утверждать не берусь, — говорит политолог Валерий Карбалевич. — Социальные настроения и способность людей протестовать трудно спрогнозировать.

— Такой массовой протестной активности в нашей стране не было уже давно. На ваш взгляд, почему сейчас тысячи людей вышли на улицы не только в столице, но и в других городах Беларуси?

— Этот декрет затронул не только 470 тысяч человек, получивших так называемые «письма счастья», согласно которым граждане должны уплатить сбор на финансирование госрасходов. С учетом членов их семей эту цифру уверенно можно умножать на три.

Более того, даже работающие люди понимают, что в любой момент могут оказаться в числе «тунеядцев». По официальным данным, за последний год количество уволенных превысило количество принятых на работу на 180 тысяч человек. Иными словами, каждый месяц в стране теряют работу около 9 тысяч граждан.

Сейчас объявлено о масштабной оптимизации госаппарата, бюджетных организаций, даже милицию будут сокращать. Получатся, что власть наказывает сбором за тунеядство, попавших в беду людей.

А поскольку в первую очередь увольняют самых неквалифицированных, а также людей пенсионного возраста, то страдают прежде всего социальные низы, которые являлись главной опорой Лукашенко.

Такие действия дискредитировали власть, и она теряет моральный авторитет. Значительная часть населения считает, что власть поступает неправильно и несправедливо.

Несмотря на то, что последние три года белорусов пугали кровавым майданом, тысячи людей вышли на акции протеста.

— Но власти и раньше принимали непопулярные решения. К примеру, отменяли льготы разным категориям населения. Почему тогда не было столь массового недовольства?

— Теперь штрафуют людей, которые попали в беду. Вместо того, чтобы помогать им, увеличив пособие по безработице, с них берут деньги. Белорусов возмутило, что с ними поступают несправедливо.

— Чем можно объяснить относительную лояльность к участникам акций протеста со стороны правоохранительных органов?

— Это — тренд последнего времени. Начиная с середины 2015 года, правоохранители не трогают протестующих, а только штрафуют. Такая практика проводится в русле нормализации отношений с Западом.

Второй момент: может быть, есть какое-то ощущение у властей, что они сделали неправильно, что этот народный протест где-то справедлив. Не исключено, что это ощущение и не дает возможности власти резко проводить репрессии.

Мы видим, что даже руководство администрации президента поехало в регионы, чтобы принимать недовольных граждан. Когда такое было, чтобы мобилизовывали даже высших чиновников? Значит, есть какие-то импульсы, ощущения, сигналы, что с этим декретом что-то не так. Возможно, власти не хотят спровоцировать еще большее недовольство.     

— Оппозицияв очередной раз не смогла объединить свои силы. Одни провели акции против декрета 17-19 февраля, другие запланировали что-то подобное на 15 марта. Смогут ли оппоненты власти, в конце концов, объединиться?

— На марше, который прошел 17 февраля в Минске, доминировали не активисты, а именно обыватели. Отсутствие единства в рядах противников власти вряд ли сильно влияет на масштаб и на массовость таких акций.

Тут функция оппозиции – назначить время и место, разрекламировать акцию.

— Как вы считаете,  увидев такую реакцию граждан, отменит ли Лукашенко декрет № 3?

— Я не исключаю такой возможности. Тут главная проблема — психологическая. Неизвестно, сможет ли глава государства признать свою ошибку, согласится с тем, что он отступил под давлением политических противников. Ведь не так давно, во время пресс-конференции Лукашенко говорил, что только несколько тысяч человек против декрета о тунеядстве.