«Я никогда не был дармоедом», - жена нашла предсмертную записку мужа

3 октября 60-летний Айвар Яскевич заплатил 360 рублей налога за «тунеядство», а 6 декабря выбросился с 5 этажа своей квартиры в Осиповичах.

На столе оставил записку и квитанцию об уплате «налога на тунеядцев».

Там было написано: «Я никогда не был дармоедом, насильником, грабителем, я всю жизнь честно работал». Жена Галина говорит, что эти слова запомнилось ей больше всего».

У Яскевичей скромная квартира на последнем этаже панельного дома. Галина держит в руках папку с документами - здесь трудовая книжка Айвара, пенсионное удостоверение, удостоверение ветерана труда, благодарственные письма.

«Столько документов, а теперь вот это - главный документ», - говорит она, показывая свидетельство о смерти. Тут же в папке и сообщение о признании Айвара «тунеядцем», и квитанция, которая подтверждает, что налог в 360 рублей он заплатил.

Айвар Яскевич - коренной осиповчанин. Имя ему дал отец в честь доктора, который спас его в войну. О случае с мужем, рассказывает Галина, гудят все Осиповичи. Говорит, что даже на поминках его вспоминали как очень веселого и жизнерадостного человека.

«Он такой человек был, знаете, никого не оставлял в стороне, - рассказывает она. - Очень доброжелательный со всеми. Со всеми поздоровается, спросит, как дела, как жизнь».

У Айвара 34 года трудового стажа. Незадолго до пенсии он уволился с КРЗ (так в Осиповичах по привычке называют картонно-рубероидный завод. Сейчас это предприятие «Технониколь»). Там он проработал 30 лет.

«Отношения с начальством были не очень хорошие. Он написал заявление об увольнении - гордый был. И с мая 2014-го не работал, - рассказывает Галина. - Мы пытались устроиться, но год до пенсии оставался - нигде не хотели его брать... И сторожем хотели, но нигде не брали. Месяц, видимо, отработал оператором котельной», - объясняет Галина.

В апреле Айвару исполнилось 60 и он стал пенсионером. А осенью получил сообщение, что государство признало его тунеядцем.

«Он собрал документы - пенсионное удостоверение, трудовую книжку, говорит: «Пойду в налоговую, все это покажу», - Галина вспоминает последние месяцы жизни мужа. - Прихожу с работы, спрашиваю: «Айвар, ты был?». Он отвечает: «Был, ничего не заплатил, мол, сказали - какой вы тунеядец». Это он себя так успокаивал».

Женщина говорит, что о такой трагедии она не могла даже подумать. «Говорил, что «вот високосный год, как бы мне его дожить», - говорит Галина. - У него была очень сильная депрессия, особенно последний месяц. Он когда ушел с КРЗ, где проработал 30 лет, очень сильно сдал - и спина, и давление, раздраженный стал. Мы уже и на прогулки с ним ходили, я его успокаивала. Но ничего не предсказывало, чтобы вот так закончить жизнь».

Даже в тот день, 6 декабря муж вел себя, как обычно, и она ничего не почувствовала. Галина работает учительницей начальных классов в местной школе. У нее 29 лет стажа, и она уже тоже собиралась на пенсию по выслуге лет. Но из-за повышения пенсионного возраста еще будет работать.

«Проводил меня, двери закрыл, спросил: «Когда будешь?». Я и подумать не могла, - вспоминает она. - Вот эта квитанция, этот налог его подтолкнули к этому шагу. Если бы я еще была дома... Но остановить было некому», - рассказывает женщина.

Галину Петровну пришла поддержать ее коллега и подруга Оксана. Она говорит, что «трагедия всколыхнула весь город».

«Мы знаем, что мужчина оставил записку, в которой написал, что в жизни он не тунеядец, и оставил квитанцию об уплате налога за тунеядство. Человек всю жизнь проработал, до пенсионного возраста, вышел на пенсию, получил звание ветерана труда, всю жизнь добросовестно работал, - говорит Оксана. - И вместо того, чтобы жить дальше, пользоваться тем, что он заработал, он ушел из этой жизни».

Оксана рассказывает, что и в ее семью пришло сообщение о «тунеядстве». Его получила 22-летняя дочь. «Ей 22 года. Она сейчас работает. И вообще работает с 15 лет, - говорит Оксана. - Налог она должна платить в связи с тем, что в 2015 году работало менее 183 дней». Девушку тогда уволили с работы, и некоторое время она искала работу, которая ей нравится. - «И мы должны были заплатить 150 рублей. Я переживала, вот Галина Петровна знает. Для меня это было больно».