Такую позицию высказал пресс-секретарь верховного представителя Евросоюза по вопросам внешней политики и политике безопасности Кэтрин Эштон Майкл Мэн.
В интервью он прокомментировал отказ на въезд в Литву заместителя министра юстиции Беларуси Аллы Бодак, новые экономические санкции Вашингтона в отношении официального Минска и помилование Александром Лукашенко девяти заключенных Площади.
- Алла Бодак находится в списке невъездных в Евросоюз, но кажется, что на днях она могла спокойно бы въехать в Литву, если бы не белорусские независимые СМИ, которые начали кричать во весь голос, что ее нельзя впускать в Литву. Ранее ей без проблем выдали литовскую визу. В этой связи мой первый вопрос: существует ли какой-то эффективный механизм в Евросоюзе, который не позволял бы на выдачу виз лицам в списке невъездных? Или, может, существуют какие-то исключения для лиц в таких списках, и некоторые страны Евросоюза могут не выполнять постановлений, которые были приняты всеми министрами иностранных дел в Брюсселе?
- Как вы сказали, эту госпожу завернули с границы, ей не разрешили въехать в страну Евросоюза, так что в итоге никакой проблемы не возникло. Все страны-члены Евросоюза обязаны соблюдать визовый запрет в отношении всех лиц в списке невъездных, независимо от того, кем такое лицо является.
Некоторые исключения возможны, если страна организует встречу международной организации. Тогда страна, где происходит такая встреча, может обратиться с просьбой об освобождении некоторых лиц из-под визового запрета, но это не значит, что она обязательно обратится.
В основном однако же, если все 27 стран-членов Евросоюза соглашаются ввести визовые или иные санкции, то каждая страна должна такое решение выполнять. Ну и как вы видели в этом случае, в конечном итоге решение о визовом запрете была соблюдено.
- А если какая-то страна хочет получить освобождение некой личности от визового запрета, то что она должна сделать? Обратиться с просьбой в Брюссель?
- Освобождение от визового запрета как таковые не даются. Мы здесь говорим о таком возможном исключении, как, например, ситуация, когда люди под визовыми санкциями из стран, добывающих нефть, хотят участвовать во встрече стран ОПЕК. Это единственный пример, который мне сейчас приходит в голову. В таком случае страна, которая организует встречу, может попросить об освобождении некоторых лиц от визовых санкций. Но это действительно исключение, а не правило.
- Вы знаете о таких случаях в недавней международной практике, когда кого-то освободили из-под визового запрета? Кто-то старался получить такое исключение?
- Я не слышал о таких случаях в последнее время, но, чтобы дать вам пример, я скажу, что недавно велись разговоры относительно одного господина из Ирана, который находится в списке невъездных и которого поставили в Иране министром по вопросам нефти и газа. Обсуждение касались того, что делать, если он захочет приехать на встречу ОПЕК.
- Министерство финансов США вчера ввело новые экономические санкции против четырех белорусских компаний, чтобы таким образом выразить протест против дальнейшего нарушения прав человека в Беларуси. Брюссель мог бы пойти вслед за Вашингтоном?
- Последнее решение Евросоюза в этом направлении было 20 июня, когда мы усилили свои санкции против белорусского режима: ввели эмбарго на экспорт вооружений, материалов и оборудования, которые могут использоваться режимом для внутренних репрессий; добавили четыре фамилии в список невъездных; заморозили активы трех компаний, связанных с режимом, и призвали наши банки не давать займов Минску. Ключевым для нас остается требование, чтобы белорусский режим освободил и оправдал заключенных за протест после последних президентских выборов. Только после этого мы можем начать обсуждение возможного смягчения санкций. Но мы также сказали, что мы постоянно следим за ситуацией в Беларуси и что можем добавить новые лица в список невъездных в зависимости от ситуации.
- Вчера стало известно, что Александр Лукашенко помиловал 9 человек, заключенных за участие в протесте после президентских выборов. По вашему мнению, как Брюссель должен ответить на этот шаг белорусского режима?
- Мы сказали ясно, что ситуация в Беларуси для нас неприемлема. Нельзя запирать в тюрьме людей только за то, что они находятся в оппозиции. Мы верим в демократию, и если в стране проводятся свободные и демократические выборы, то никто не сажает людей в тюрьму после выборов. Освобождение некоторых заключенных в Беларуси - это, разумеется, шаг в правильном направлении. Но его мало. Мы хотим видеть освобождение всех несправедливо заключенных. И не будет никакой речи о смягчении санкций, пока этого не произойдет.
Добро пожаловать в реальность!