По мнению эксперта, возможные валютные ограничения – не повод для паники.
В Беларуси актуализировали положения закона о валютном регулировании. С 9 июля Нацбанк сможет вводить ограничения вплоть до остановки валютных торгов и запрета продажи и покупки валюты.
Среди оснований, по которым можно будет вводить ограничительные меры – снижение золотовалютных резервов Беларуси ниже допустимого уровня (до конца 2021 года, по планам Нацбанка, ЗВР не должны быть ниже $6 млрд.), а также угрозы экономической безопасности страны и резкое колебание курса белорусского рубля.
Многие белорусы вспомнили прежние ограничения на валютном рынке. В 2011 году, например, резервировать валюту нужно было за месяц до покупки, что привело к ее дефициту, а в конце 2014-го действовал 30%-ный сбор при покупке валюты.
– В 2011 году мы все-таки проходили не то же самое, – напоминает в экспресс-комментарии «Салідарнасці» старший аналитик «Альпари Евразия» Вадим Иосуб. – Тогда у нас не было закона, который позволял бы подобные ограничения, и они вводились достаточно произвольно, либо постановлениями Нацбанка, либо указами президента.
Подписанный закон о валютном регулировании с практической точки зрения почти ничего не меняет. Разница только в том, что раньше властям в ситуации форс-мажора приходилось решать по наитию: пора ли вводить ограничения и если да, то какие. Теперь этот процесс формализовали, в законе перечислено, в каких случаях могут вводить ограничения, какие именно ограничения могут быть и, что важно, ограничен срок их действия – не более года.
То есть, ситуация стала более понятной и прогнозируемой, менее неопределенной. Не надо понимать принятый документ так, что завтра введут какие-либо ограничения. Их не введут и после 9 июля – это просто дата, когда вступает в силу новый закон о валютном регулировании.
Притом этот закон дает гораздо больше свобод, чем было раньше: кроме открытия банковских счетов за рубежом, можно проводить операции, связанные с движением капитала – приобретать недвижимость за рубежом, покупать акции, вкладываться в уставные фонды зарубежных компаний, в некоторых случаях уведомляя об этом Нацбанк. Раньше на это нужно было разрешение.
По сути, у нас валютное законодательство стало полностью либерализовано – без специальных разрешений для населения стали доступны любые операции. Но вместе с этим вводится положение, что при необходимости могут вводиться валютные ограничения. Повторюсь, де-факто такая возможность была и раньше.
Думаю, при необходимости подобные ограничения может вводить любая страна. Можно вспомнить значительное число валютных ограничений, которые ввели в Украине в 2014 году после событий в Крыму и на Донбассе, когда произошло резкое падение курса гривны. Тогда действовал целый набор ограничений, и на наличные деньги, и на вывоз валюты из страны и так далее, и всем была понятна объективная причина для этого решения. Это просто как крайний случай форс-мажора, который, безусловно, коснется всех сфер жизни, в том числе экономики и валютного рынка.
…В нашем случае новый закон делает ситуацию более понятной. То есть раньше было больше поводов для введения ограничений, и они могли вводиться на неопределенный срок. Поэтому поводов для паники, в общем, нет никаких.
Мы упоминали о войне как крайнем случае форс-мажора, позволю себе еще одну аналогию: в январе 2003 года у нас был принят закон о военном положении. Но это не было поводом считать, что власти с завтрашнего дня хотят ввести военное положение – просто должен быть закон, регулирующий права и обязанности, ограничения и так далее. Теперь он у нас есть.
Более того, отсылка к возможным ограничениям – это как бы плата за то, что сейчас они снимаются. Предполагаю, что когда закон обсуждался со всеми заинтересованными органами, то могли поднять вопрос о том, что люди могут открывать счета за рубежом, покупать ценные бумаги и так далее – а вдруг все белорусы захотят в тот же день резко забрать все свои доллары и евро из белорусских банков? И, возможно, именно чтобы этого не случилось, был разработан такой защитный механизм.
Добро пожаловать в реальность!