"Раскол между двумя частями западного мира является сегодня ключевым фактором, меняющим политическую ситуацию в Европе коренным образом".

Создается впечатление, что в Кремле Трампа сумели убедить: его давление на Украину — это такая обязательная программа для достижения договоренностей с Россией.

«То есть наемникам теперь будут меньше платить на высоком государственном уровне. Потому что на войне экономить нельзя, а на тех, кто воюет, можно».

«После 5-часовых переговоров ситуация полностью вернулась к Стамбульской».

Путин в страшном сне не мог представить себе такую войну. Генштаб и чекисты обещали ему быструю победу, как в Крыму.

Во время общения внезапно перестал работать беспроводной микрофон, который, возможно, был заглушен.

«Но на Европу он пообещал, что нападать не будет. Но мог бы. Если бы захотел. Но не хочет. Но если захочет, тогда мог бы напасть прямо сейчас».

Путин поддержал идею создания реабилитационного центра на месте усадьбы Романовых в агрогородке Старо-Борисов.

Путин также пригрозил "отрезать Украину от моря".

Путину в целом война выгодна, но только в фоновом режиме, именно как «спецоперация», то есть пока она действует как политический допинг.

"Мир наступит тогда, когда для руководства как России, так и Украины политическая цена продолжения войны окажется выше цены заключения мира".

«У него там застряли 700 тысяч пока еще выживших в мясных штурмах ветеранов. И куда, спрашивается, их всех девать?»

Война идет против самой идеи украинской государственности.

Когда Путин говорит «да, конечно» – то «нет», а когда произносит «конечно, нет» – то это как раз может оказаться «да».

"Это только декларируется, что в этом конфликте Европа борется за Украину..."