Валерий Цепкало: Все, что выводится за рубеж через аффилированные с Лукашенко структуры, этим в ближайшее время займется правительство США

Павел Усов: Мы видим, что переориентируются все материальные, финансовые средства с других систем экономики на поддержание именно силовых структур

Евгений Липкович: Приятель не договорил и мы побежали в подворотню прятаться от желтой жижи, которой нас пытались окатить из водомета

Аналитик: Переговоры нужны и самому Лукашенко, чтобы он мог в равном диалоге оценить свое положение, узнать условия своего ухода

Павел Усов: В этой системе уже просто не осталось нормальных, психически здоровых людей

Тихановская: Как человек я не поменялась абсолютно. Мне пришлось очень многому научиться в короткий срок

Виталий Цыганков: В белорусском обществе нет никакого «раскола» в отношении к Лукашенко

«Низовой состав карательной машины работает за подачки системы, но даже этим объедкам они счастливы и готовы идти на любые преступления против народа»

Карбалевич: Протестный потенциал белорусов очень большой, он не исчерпался, он продолжается. Более того, он принимает новые динамичные формы

Политолог: Не исключено, что Лукашенко выпала роль председателя ликвидационной комиссии «русской системы» в ее беларуском варианте

Павел Усов: У режима нет никаких средств противодействия пробуждению населения, кроме террора

Петр Кузнецов: Те, кто поспешил сделать вывод о том, что вот теперь уж Россия и Запад нашли общий язык по Беларуси, опять попали в ловушку

«Лукашенко, как это часто бывает и в браках, не понимает, что черта пройдена, что он надоел так, что никакого будущего быть не может»

Роман Головченко – премьер-министр-целлофан. Никто его не видит, не замечает. Он ведёт себя, как набор «0-1-0-1» в старой компьютерной программе

Карбалевич: Возможно, разрыв отношений с ЕС и США, разрушение многовекторности – это одно из условий российской помощи по спасению режима Лукашенко