Романчук: Ситуация усугубляется тем, что экономикой занимаются люди в фуражках, мундирах и лампасах

Карбалевич: Вся эта история закончилась самострелом руководства Беларуси

Павел Усов: Чтобы просуществовать следующие годы, режим будет вынужден сделать террор постоянной основой внутренней политики

«Ближе к инаугурации Байдена в Беларуси пошли новые "горячие" сливы. Закидывают ребятам полный "букет" под совбез ООН, если всё пойдёт по-плохому»

Павел Усов: Для Кремля важно, что режим Лукашенко устоял. Никто кроме него не будет проводить политику русифицирования

Евгений Липкович: Если выбирать между Головченко и Качановой, я за Качанову

Сергей Наумчик: Теперь очевидно, что люди с садистскими наклонностями есть и во главе силового блока

Евгений Липкович: «Это публичные дома?», - спросил я. Водитель улыбнулась: «Русские и беларусские олигархи потихоньку прикупают себе недвижку»

Анна Северинец: Завуч остолбенела. И до звонка кричала немым криком, что «твоя мать и твоя классная воспитали из тебя Геббельса»

Венедиктов: Я же говорил, что Лукашенко будет ужом и ежом. Его давят, а он виляет. Ну а как? Вы хотите, чтоб он не вилял что ли? Это его работа

Дракохруст: Николай Карпенков как зеркало белорусской революции

Романчук: «Доверился окружению, попался на наживку абсолютной власти – оборзел, охренел, очумел»

Власти празднуют победу уже не только на словах: Оперативно-ситуационный штаб при ГУВД Мингорисполкома расформирован

Романчук: Зачем тянуть эту лямку, Павел Владимирович Каллаур. Без вас Головченко, Кочановы, Эйсмонты, Азарёнки гораздо быстрее приведут режим к краху

Евгений Липкович: Мое сердце разрывается теперь между Карпенковым и Балабой