Вот уже несколько дней меня мучает вопрос: чем провинился Павел Зарубин, пишет политолог Владимир Пастухов.
У нас перед глазами есть две свежие картинки. Одна – Путин рассекает по Мариуполю, можно сказать, в антисанитарных условиях, в интимной близости с Хуснуллиным, причем в замкнутом пространстве тесной машины.
Вторая – Путин, словно Янковский в роли Дракона, сидящий за длиннющим столом в огромной зале в нескольких метрах от интервьюирующего его Зарубина (странно, что они мегафонами не пользовались!). Конечно, однажды массивный стол спас одного диктатора от бомбы в портфеле докладчика, но нельзя же до такой степени верить в исторические аналогии.
Мы видим двух совершенно разных Путиных. Один, как ни в чем не бывало, обсуждает с бывалым хозяйственником восстановление как бы непонятно кем разрушенного города, летает на вертолетах, ездит сам за рулем машины и входит в квартиры как бы незнакомых людей.
Другой сидит неизвестно где, оттуда (непонятно - откуда) он в основном общается по селектору, туда же к нему два года спустя после пандемии, о которой все давно забыли, людей привозят через карантин, а когда (и если) они к нему добираются, их сажают перед ним за стол на расстоянии пушечного выстрела.
Возникает вопрос: какой из этих двух Путиных настоящий?
Добро пожаловать в реальность!