Нью-Йорк после «Сэнди»: тысячи людей остаются во временных убежищах

Одни эвакуированные жители довольны условиями приютов, других раздражает невозможность вести привычный образ жизни

После удара урагана «Сэнди» по восточному побережью США, в Нью-Йорке постепенно восстанавливается работа метро и автобусов, прерванная из-за затоплений и отключений электричества. Однако для тысяч жителей затопленных районов, эвакуированных во временные убежища, сложная полоса в их жизни продолжается.

Спортзал одной из манхэттенских школ превращен в приют, где разместились около 100 человек. Все они были вынуждены покинуть свои дома из-за урагана. Здесь мы встретили Джезуса Флореса, который выразил благодарность сотрудникам приюта, волонтерам и городским властям.

 

«Они очень помогли мне, предоставили кровать, одеяло. Они дают мне еду, все. И я чувствую себя комфортно, потому что у меня есть где жить, и я могу себе это позволить», – говорит он.

«В такой ситуации, в которой оказался наш город, чувствуешь себя немного беспомощным. И когда я понимаю, что могу что-то сделать для других, мне становится легче»

Ребекка Гарфейн-Геллман, жительница Нью-Йорка.

Однако житель нижнего Манхэттена Джеффри хотя тоже доволен предоставленным кровом, но говорит, что ему здесь трудно.

 

«Мне здесь неудобно. Я плохо сплю. Не могу заглянуть в холодильник в любой момент, как дома. Не могу сам приготовить себе еду и вынужден есть то, что дают», – говорит он.

 

Линду Хилтон постоянно преследуют воспоминания о событиях понедельника, когда она получила распоряжение об эвакуации из ее квартиры в связи с приближением урагана «Сэнди».

«Я только успела собрать самое необходимое: лекарства, одежду, выбежала из дома и села в автобус. Потом пришел шторм, огни погасли, пошел дождь. Мне сказали, что район, где я живу, затопило. Там пока нет электричества. Как только они его подключат, я буду счастлива вернуться домой».

А этот мужчина по имени Феликс был одним из обитателей лагеря для бездомных в нижнем Манхэттене, который за несколько часов до шторма был разогнан полицией.

 

«Я не видел некоторых людей с воскресенья и это меня очень тревожит», – говорит он.

 

Жизнь в приюте может вызвать нервное напряжение, говорит его сотрудник, который согласился побеседовать с корреспондентом «Голоса Америки» на условиях анонимности, поскольку ему запретили общаться с прессой.

«Когда люди вынуждены жить в стесненных условиях, между ними может возникнуть напряженность, – говорит он. – У нас живут как семьи, так и люди с улицы, бездомные. С некоторыми людьми – в основном с теми, кто пришел с улицы – могут быть большие проблемы. Некоторые из них злоупотребляют алкоголем или наркотиками, и то, что это очень проблемные люди, – это еще мягко сказано».

В приюте работают волонтеры, а еду и одежду присылают доброжелатели из местных жителей, проживающих по соседству, таких, как Ребекка Гарфейн-Геллман.

 

«В такой ситуации, в которой оказался наш город, чувствуешь себя немного беспомощным. И когда я понимаю, что могу что-то сделать для других, мне становится легче. Сейчас мое сердце просто разбито», – говорит она.

 

Власти пока не могут с определенностью сказать, что будет с этим и другими приютами после того, как школы, в которой они расположились, возобновят свою работу.