Гражданская война

Где — война? Какая? Да такая. Та самая, гражданская. Между красными и белыми. Между путинским кооперативом плюс уралвагонзаводколхоз и теми, у кого исторический опыт ночевал в извилинах. Между православной гопотой и культурным слоем.

Между троечниками-чиновниками-олигархами, распилившими страну, и отличниками-блогерами-книгочеями, знающими, что такое социальная вменяемость. При этом о зрителях, многомилионной пассивной галерке, которая всегда ставит на победителя, умолчать нельзя, ведь именно она почти все и решает. В том числе и то, что пока нет или мало крови. Потому что не сформировался и только формируется запрос на кровавые репрессии. Только лица в оптическом прицеле ненависти. Только дрожь в руках и роман Трифонова «Нетерпение» в качестве апострофа.

Принятые путинским режимом жестокие, злобные, мстительные законы не просто хрестоматийное завинчиванье гаек, не только уничтожение с трудом появившегося общества, — это мобилизация и ожидание эха, ответа зрителей, той самой молчаливой галерки. Примет ли она на «ура» под видом мочилова интернет-хомячков мягкую сталинизацию и жесткую фундаментализацию всей страны? Потребует ли она большой крови? Созрела ли она для гражданской войны, как уже созрела для войны слов? Готова ли она за социальные подачки и националистическую лесть всем грузным корпусом повернуться в прошлое?

Но не надо обнадеживаться тем, что ответа пока нет. Без войны, без подтверждения словесных угроз, без натравливания того, что весьма расплывчато называется быдлом, на то, что не менее расплывчато называется интеллигенцией, путинская клоака уже не сможет удержать власть. И не стоит успокаивать себя мантрой про то, что резьбу обязательно сорвет и наступит очистительный взрыв. Может быть, когда-нибудь и сорвет. Может, завтра (но вряд ли). Может, никогда. Может, очистительный. Может, взрыв такой грязи, которого не было. А может, все будет тянуться бесконечно. То есть режим не уползет, пока сам не постареет и не одряхлеет. С него и с нас станет.

Еще один миф, что Путин и его режим боятся. Ну, боятся, ну и что? Причем боятся не больше, чем другие в похожей ситуации, когда власть отдавать не только не хочется, но и нельзя. И не так они боятся Запада, который сегодня некоторым представляется последним аргументом в споре. Мол, только расширение «закона Магнитского», только угроза их общаку, их бабкам на иностранных счетах, их деткам в Оксфорде и Гарварде может удержать Путина от настоящих репрессий, которые по большому счету уже начались. Никогда Запад не шел на конфронтацию с совком и другими авторитарно-тоталитарными режимами из чисто гуманитарных соображений. Не во имя идей, а в соответствии с логикой интересов. Да и то только тогда, когда победа была обеспечена. Скажем, как с Милошевичем или Каддафи. Бороться всерьез с путинской Россией ни Америка, ни Европа не будут. Там точно такое же общество потребления, только устроенное на более устойчивом, более традиционно понятном