Москва – это между Минском и Пхеньяном

Суета и спешка, в которой принимается одиозный закон об НКО-иностранных агентах, не оставляет никаких сомнений.

Закон инспирирован и проталкивается лично Путиным, как и репрессивный закон о митингах. Нет сомнений, что в ближайшие дни он будет принят и тут же подписан. Главная цель, которую преследует Путин, посеять атмосферу шпиономании, ненависти, найти внутренних врагов и организовать «охоту на ведьм». Задача Кремля – постараться тем самым сбить волну протеста, переключив внимание на борьбу с внутренними и внешними врагами.

Торопливость объяснима – на 15 сентября назначена новая крупномасштабная акция протеста в Москве и других городах страны.
К этому времени власть намерена обезвредить лидеров оппозиции. Ставка на репрессии, запугивания, параноидальная вера в то, что протест и оппозиция финансируются из Госдепа США, еще и еще раз доказывают, что Путин сознательно и окончательно выбрал путь Лукашенко.

Номинальные авторы закона о шпионах – Сидякин, Яровая, Никонов утверждают, что закон списан из американского акта 1938 года.
В 1938 году в Германии процветал фашизм, а в Советском Союзе репрессии, американцам не хотелось ни того, ни другого у себя на родине. В итоге получили маккартизм, о котором сейчас стыдятся вспоминать. Имея в виду специфику нашей страны, маккартизмом дело не закончится. Закончится репрессиями и посадками. Они уже начались.

Если Путин действительно считает, что протест финансируется из-за рубежа, то логично и естественно принять закон, запрещающий финансирование из-за рубежа массовых акций, а не унижать некоммерческие организации, а по сути общество.
Отказ сделать это означает, что у власти другие интересы и другая цель.

Главное для режима – заткнуть рот несогласным, особенно тем, кто покушается на основы путинизма – фальсификации, коррупцию и полицейский произвол.
Именно поэтому объектом особой ненависти жуликов и воров стала ассоциация «Голос», которая ловила за руку воров наших голосов на выборах, «Международная Амнистия», которая разоблачала садистские и неправосудные приговоры басманных судов, и Transperancy International, которая фиксирует африканский уровень коррупции в путинской России.

В общем, Москва – это где-то между Минском и Пхеньяном.