Политолог Валерий Карбалевич — о том, к чему ведет нерешенность внутрибелорусского конфликта, и неожиданные признания в парламенте.
— Лукашенко не часто приходит в парламент, — напоминает Валерий Карбалевич. — В этом году не было его традиционного послания Национальному собранию и народу. А такая форма обращения к обществу с трибуны парламента в связи с какими-то необычными событиями, кажется, вообще применяется впервые.
Политолог обращает внимание на то, что ни БТ, ни государственное радио не транслировали выступление в прямом эфире.
— И вслед за Лукашенко выступили премьер-министр, министр иностранных дел, председатель КГБ. Все это свидетельствует о чрезвычайности ситуации, в которой оказалась страна.
Теперь что касается содержания выступления. Полагаю, Лукашенко планировал выйти к публике в образе победителя, который провел такую крутую операцию. Но что-то пошло не так. Видимо, на такую жесткую реакцию международного сообщества в связи с посаженным в Минске самолетом белорусское руководство не рассчитывало.
Поэтому победителем Лукашенко не выглядел. Кажется, что главный смысл его выступления заключался в том, чтобы оправдаться. Он оправдывался. Но в своем привычном стиле. Это было оправдание в виде агрессивной атаки против Запада.
Здесь был использован весь идеологический арсенал, который белорусские власти взяли на вооружение с 9 августа прошлого года: мол, Беларусь стала для Запада неудобным примером борьбы с ковидом; «белорусское государство в зародыше задушило волну неонацизма»; Беларусь — лишь короткое звено в борьбе Запада с Россией; давление Запада может привести к войне. И далее в таком же русле. А вообще «вся эскалация со стороны Запада — это их зависть, бессилие и злоба».
Не было никаких заметных намеков на возможность компромисса, диалога, разрядки напряженности в отношениях с Западом. Такое впечатление, что курс на эскалацию конфликта — это единственный путь, который сегодня видит официальный Минск.
Прозвучал и немного необычный тезис: «в этой войне Беларусь не рассчитывает на победу». Это немного неожиданное признание. Здесь проявляется определенная безнадежность, предопределенность судьбы, отсутствие впереди хороших перспектив.
Что касается самой истории с самолетом, то здесь не прозвучало чего-то принципиально нового. Разве что заинтересовала вот такая фраза: «в самолете находился террорист, и об этом знали далеко за пределами Беларуси». Значит, и в Беларуси знали, что Протасевич находится на борту? А по официальной версии, выдвинутой в день происшествия, белорусские власти случайно выяснили, что этот человек оказался среди пассажиров.
Главный же вывод из всей этой истории таков: нерешенность внутрибелорусского кризиса ведет к тому, что он трансформируется в кризис региональной безопасности, ведет к росту международной напряженности. И без решения конфликта внутри страны невозможно остановить эскалацию в регионе.
Добро пожаловать в реальность!