Каковы причины новой информационной войны между Беларусью и Россией? Приближает ли коронавирус подписание 31-й интеграционной "дорожной карты"? Оказываются ли в одном "окопе" белорусская оппозиция и адепты "русского мира"?
Эти вопросы обсуждают обозреватели "Свабоды" Юрий Дракохруст, Валерий Карбалевич и Виталий Цыганков.
Новые " крестные отцы»
Дракохруст: Что происходит в белорусско-российских отношениях в разгар пандемии? С одной стороны, вроде бы достигнуто многострадальное соглашение по нефти — польется, как раньше, от "Роснефти" и "Лукойла".
С другой стороны, политические отношения двух стран, кажется, обостряются. И причина не только прежние противоречия, но и политика белорусских властей по борьбе с коронавирусом, существенно, если не диаметрально отличающаяся от российской.
Именно на этой политике сконцентрирован огонь российских телеграмм-каналов, за нее Жириновский ругает Лукашенко, ее начинают критиковать федеральные телеканалы.
Ну а Минск отвечает, причем на высшем уровне. Министр Владимир Макей поминает россиянам и некачественные тесты, и работников, приехавших на стройку АЭС с вирусом.
И сам Лукашенко комментирует российскую политику, включая и информационную политику, довольно резко.
В чем причина этой российской информационной политики? Россиянам жаль белорусов, которых Лукашенко подставляет под удары вирусу, им не нравится, что Лукашенко вновь ведет политику, отличающуюся от российской, причина в чем-то другом?
Карбалевич: Решению нефтяного кризиса как раз помогла пандемия, падение мировых цен на нефть. Тут как раз вирус сыграл на плюс.
Но, одновременно, тот же вирус привел к падению мировых цен на газ. И теперь Минск ставит вопрос о пересмотре газового контракта. Москва, судя по всему, против. Поэтому завязывается новый конфликтный узел - газовый.
Так, по мере того, как белорусская политика борьбы против пандемии становится все более перпендикулярной, полемика на эту тему обостряется. С российской стороны в ней участвуют в основном медиа, а с белорусской стороны — полемика вышла на уровень Макея и самого Лукашенко.
Почему российские СМИ начали сильно щипать Беларусь? Ведь Минск бросает какой-то уже идейный вызов всем соседям. К тому же на фоне однородной информации со всего мира, Беларусь дает повод зацепиться за какую-то противоположную позицию. Для медиа это наживка.
Почему Минск так резко реагирует? Проблема в том, что контраст в подаче темы коронавируса на белорусских и российских телеканалах становится все больше. А белорусы смотрят и то, и другое. Думаю, у многих начинают кипеть мозги. Мол, кто же прав? Российские телеканалы в значительной степени нейтрализуют всю пропаганду белорусских государственных СМИ. Лукашенко все больше начинает выглядеть "белой вороной". Это очень беспокоит официальный Минск. Отсюда такая реакция.
Цыганков: Белорусско-российские отношения отравлены вирусом. Коронавирус усилил и подчеркнул те тенденции, которые развивались в последние месяцы. После того, как в декабре прошлого года Беларусь отказалась подписать всякие "дорожные карты", наверное, уже и Кремлю стало понятно, что этого не будет ни в декабре, ни в марте, ни в августе. Поэтому в своей «проблеме 2024» Путин отверг "белорусский вариант" и выбрал схему «обнуления», изменений в Конституцию. Белорусский вариант отпал...
Дракохруст: Отпал?
Цыганков: Отпал конкретный вариант создания какого-то нового общего государства путем инкорпорации Беларуси. Но, разумеется, никуда не отпали геополитические интересы России и определенное имперское мышление ее руководителей. И соответственно, если "клиент" для такого варианта уже не подходит — то к нему можно по-другому и относиться.
Вторая принципиальная вещь, которая изменилась - экономические и энергетические условия «дружбы и братства». Я имею в виду мировое падение цен на нефть и газ. Сейчас, когда нефть стоит 20 долларов за баррель, и установится, например, на уровне 25-35 долларов - то это не может не повлиять на то, что как говорил Лукашенко, каждый год 31 декабря Минск унижался, прося в Россию эту нефть и газ. По старому контракту, Беларусь покупает российский газ за 127 долларов за тысячу кубометров, и на сегодня эта цена совсем не является какой-то особенно благоприятной. В Европе приблизительно такие же цены.
Контратака официального Минска
Дракохруст: Кстати, а как белорусские официальные СМИ освещают эту ситуацию? Ясно, что общая линия - психоз и инфодемия. Но как в нее вписывается то, что этот самый «психоз» охватил и Россию? Звучит прямая критика российской политики относительно пандемии? Кажется, первые "ласточки" этого контрнаступления уже заметны.
Цыганков: Естественно, что такой приказ государственной прессе будет дан (если уже не дан) — вопрос в том, каким будут его масштабы и глубина. Надо учитывать, что интерес у Кремля к Беларуси на каком—то двадцатом месте, а для белорусского руководства Россия - всегда на первом.
И здесь даже не столько борьба с Россией, но борьба со всеми в мире, кто не разделяет оригинальный взгляд Лукашенко на коронавирус. И поскольку в этом вопрос подход России полностью совпадает с западным, то в данной теме и России и Запад — враги. И тем более жестче будут "наезды" России - тем жестче будет ответ белорусской пропаганды.
Карбалевич: Белорусские государственные медиа, скорее, критикуют не столько саму политку Кремля относительно пандемии, а только те сюжеты, которые касается Беларуси в негативном плане. Вот границу закрыли, белорусов не хотят брать на самолеты российских авиакомпаний, не дают заказанные тесты. Ну, и когда медиа РФ цепляют Беларусь, то с белорусской стороны это, скорее, оборонительная война.
"31-ю „дорожную карту“ интеграции подписывает сама жизнь"
Дракохруст: Председатель Белгазпромбанка Виктор Бабарико дал на прошлой неделе очередное интересное интервью: "31-я „Дорожная карта“ — это логическое следствие несамостоятельной экономики и непостроенного собственного государства. Поверьте, это безусловная вещь. Особенно с учетом пандемии. Ее подписывает сама жизнь. Скорость нашего приближения к реализации 31-й дорожной карты сильно увеличилась".
Вы согласны с Бабарико? Может Лукашенко своей уникальной политикой относительно пандемии и стремится замедлить эту скорость?
Цыганков: Уже не первый раз слышу заявление о увеличнии угрозы белорусской независимости из-за коронавируса. Думаю, стоит их воспринимать в таком стратегическом смысле, что экономический кризис, общее ослабление белорусской государственности, ее экономики, социальной сферы, доверия ко всем государственным структурам, которое неизвестно какие формы и масштабы может приобрести. То есть такие выводы об угрозе независимости основываются не на какой-то конкретной информации, а именно на оценке стратегического ослабления белорусской государственности, которым может воспользоваться Кремль.
Карбалевич: Я не разделяю таких алармистских настроений, которые высказал Виталий. Нет пропорциональной зависимости между кризисом, ослаблением существующего режима Беларуси и угрозой поглощения страны Россией. Это процессы параллельные. Почему белорусским кризисом может воспользоваться только Россия? Прежде всего, им воспользуется оппозиция, которая в основном ориентирована на Запад. И тот же Запад будет пытаться как-то влиять. Здесь будет много перекрестных влияний.
Что касается высказываний Виктора Бабарико. Можно согласиться с тезисом, что "31-я дорожная карта -это логическое следствие несамостоятельной экономики и непостроенного собственного государства". Как и сам договор о Союзном государстве. Об этом много писали, говорили и эксперты, и независимые медиа все прошлые годы.
Но со вторым тезисом, что "скорость нашего приближения к реализации 31-й дорожной карты сильно увеличилась", не согласен. Думаю, наоборот, пандемия способствует дистанцированию Беларуси от России. Ведь полемика между Минском и Москвой обострилась. Снижается нефтяная зависимость от России.
Еще одна причина. Если бы не было пандемии, то ухудшение экономической ситуации в Беларуси, снижение благосостояния из-за отмены Российской экономической помощи могло бы увеличить настроения в белорусском обществе к интеграции с Россией. Но теперь снижение благосостояния легко объяснить не испорченными отношениями с РФ, а мировой пандемией.
Подружатся ли с Москвой белорусские сторонники карантина?
Дракохруст: Не наблюдаем ли мы довольно странное совпадение интересов, устремлений адептов «русского мира» и белорусской оппозиции, изрядной части общества, выступающей за карантин? Это не заговор, не альянс, но совпадение определенных интересов кажется есть. И какие политические и информационные последствия это может иметь?
Цыганков: Я не вижу никакого совпадения интересов. Когда мы носим штаны, и фашисты носят штаны — это не значит, что у нас совпадение интересов. В данном случае так получилось, что отношение к какой-то проблеме у самых разных людей может быть одинаковое, и это никак их не объединяет.
Мне более интересно порассуждать, как в условиях коронавируса может и должна вести себя оппозиция — в любой стране. Вот недавно Дональд Трамп в своем Твиттере возмущался, почему, мол, те самые люди и СМИ, которые заявляют, что я якобы опоздал с некоторыми шагами в борьбе с коронавирусом, критиковали меня, когда я первый ввел запрет на авиаперелеты из Китая и Европы?
Это показывает, что политическая оппозиция, что в США, что в Беларуси, что в России нередко критикует любые действия власти, даже противоположные. Поэтому получилась парадоксальная ситуация, когда в России демократическая оппозиция возмущается жестокостью российского карантина, а в Беларуси демократическая оппозиция требует ввести этот жесткий карантин. Но давайте будем искренними - если Лукашенко вдруг введет карантин, никто из оппозиции его за это не похвалит, никто не обрадуется «ура, наконец». Скажут - сдался, ввел поздно, под давлением, неправильно ввел, не так, как на Западе.
И это, возможно, нормально - ведь политическая борьба продолжается, ее никто не отменял. Вопрос в том, имеем ли мы свое представление добра и пользы для страны, и выступаем за это «добро», независимо от того, кто его проводит. Или оппозиция априори не принимает любые действия власти, не важно, это Трамп, Макрон или Лукашенко.
Карбалевич: Совпадение интересов или риторики белорусской оппозиции и Кремля было и раньше. За эти четверть века из Москвы было много критики официального Минска и за нарушение прав человека, и за отсутствие рыночных реформ, и за то, что Беларусь подсела на российскую энергетическую иглу. Это совпадало с позицией белорусских демократов. И были попытки какого-то сотрудничества.
Но теперь я не вижу серьезной возможности сотрудничества. Ведь ситуация сильно поменялась. Весь 2019 года прошел под знаком "принуждения к интеграции". Угроза независимости Беларуси возникла напрямую. В такой ситуации площадки к сотрудничеству просто не может быть.
Тем более с адептами «русского мира» и соответствующими Телеграмм-каналами. Другое дело, что независимые СМИ могут время от времени сообщать о критике Лукашенко, которая звучит со стороны российских официальных лиц (например, того же Жириновского), влиятельных российских медиа. Но не более того.
Когда Лукашенко введет карантин?
Дракохруст: Предполагается, что в ближайшее время Лукашенко выступит с ежегодным посланием Национальному собранию и народу. Ожидаете ли вы, что во время послания он объявит об изменении политики относительно пандемии, о новых карантинных мерах, пусть себе они и не будут называться карантином?
Цыганков: Я думаю, кардинально Лукашенко уже не развернется.
Утверждают, что такой поворот может произойти, только если будут радикально другие цифры жертв. И мне кажется, что власть скорее пойдет на манипуляции с этими цифрами, чем на смену своей политики. Мне кажется, что это уже происходит, и отдельные случаи, описанные в прессе, показывают, что делается все, чтобы написать другие диагнозы, чтобы смягчить картину эпидемии.
Лукашенко уже слишком много сказал в русле своего "неординарного" отношения к коронавирусу, ему уже официально и публично "развернуться" довольно трудно. При этом некоторые местные власти принимают такие меры, которые де-факто можно назвать «мягким карантином», к лозунгу «сидите дома» подключаются и Федерация профсоюзов, и БРСМ, на БТ идут соответствующие социальные ролики.
Но карантина как прекращения деятельности многих учреждений, запрета выхода из дома - этого не будет. Если вы просите мой прогноз - то я могу достаточно уверенно дать прогноз, что общегосударственный карантин в стране не будет введен.
Карбалевич: Какие-то дополнительные меры по борьбе с коронавирусом могут быть приняты. Не исключаю, что учебный год в школах могут завершить. Возможны какие-то дополнительные меры в регионах, например, в тех же Докшицах.
Но не более того. После заявлений Лукашенко 13 апреля трудно ожидать, что он сильно поменяет свою позицию. Наоборот, он призвал уменьшить ограничения, еще больше заострил свою позицию, что пандемия — это психоз и никакой большой угрозы от нее нет.
Перевод с бел. — EX-PRESS.BY
Добро пожаловать в реальность!