Политолог Павел Усов считает, что нынешняя «нефтяная война» — это продолжение общей «интеграционной войны», утверждает, что в Кремле уже принято решение дожимать Лукашенко, и заявляет в интервью "Радыё Свабода", что Беларуси остается надеяться только на «подарок с неба».
— Прежде чем мы начнем анализировать нынешнее состояние «нефтяной войны» между Минском и Москвой, я попрошу вас ответить на вопрос, меняет ли стратегически ситуацию в белорусско-российских отношениях путинское заявление о конституционные изменения?
- Кремль создает механизм транзита власти. Изменения конституции и правительства вносят определенную внутреннюю непредсказуемость, но вряд ли это повлияет на суть стратегии в отношении Беларуси. Возможно, внутренние пертурбации в России даже могут радикализировать действия Кремля в отношении Беларуси.
— Белорусское руководство громко заявляет, что будет искать альтернативу российской нефти. Некоторые СМИ напомнили, что о нефтяной альтернативе Лукашенко заявлял и 10, и 15 лет назад. Чем может закончиться нынешний конфликт? Вероятно ли, что Россия «упрется», понимая, что любая альтернатива российской нефти для Беларуси экономически менее выгодна?
— Контекст данной «энергетической войны» совсем иной, чем при предыдущих конфликтах. Это продолжение интеграционной войны, интеграционного давления, который реализует Россия в отношении Беларуси. Нефтяной вопрос был полностью привязанн к программе так называемой «углубленной интеграции», которая должна была быть подписана в прошлом декабре. Но мы знаем, что Лукашенко отказался от подписания этой программы. Как оказалось, там есть и 31-я карта, которая фактически лишает Беларусь независимости. В результате нефтяная война становится инструментом, чтобы заставить Беларусь к углублению интеграции.
Фактически, если Беларусь проиграет эту нефтяную битву - она проиграет независимость. Я говорю о руководстве государства, и Лукашенко понимает, что многое поставлено на карту и возможностей для маневра немного. Нет возможности очень быстро найти альтернативу и замену российской нефти. Это свидетельствует об абсолютном провале политики ожидания, лавирования. Вместо того чтобы искать альтернативу экономическую и энергетическую — Лукашенко играл свою традиционную игру: затягивать время, верить в то, что Россия пойдет на уступки.
Но интеграционный вопрос на сегодня очень важен для России. Это фактически продолжение той имперской политики, которую ведет Россия последние годы, особенно после 2014 года. И Беларусь — это тот ключевой элемент собирания империи, который Россия хочет прибрать.
— Давайте рассмотрим козыри и слабые карты, которые есть на руках у обеих сторон. Угроза срыва транзита российской нефти в Европу может затрагивать и интересы Европы, которая не захочет этого допустить. Есть ли в Беларуси возможности вести затяжную нефтяную войну?
— Возможный перерыв поставок нефти в Европу — это нарушение многосторонних договоренностей и удар по международному имиджу Беларуси, который Лукашенко хочет сейчас поддерживать. В 2007 году Лукашенко пытался здесь шантажировать Россию, но сейчас совсем другие условия. Сейчас в России гораздо больше механизмов влияния на Беларусь — финансовые, ограничение доступа белорусских товаров на российский рынок и так далее. Так что Россия имеет возможности сломить саботаж Беларуси и найти другие пути поставки нефти. На сегодняшний день у Минска не так много инструментов, чтобы противостоять этому давлению.
— В Беларуси избирательный год. А накануне выборов Лукашенко обычно стремится решить все проблемы с Москвой, чтобы конфликт не влиял на избирательную кампанию. Сейчас конфликт в самом разгаре. Попытается ли Лукашенко традиционно выбить из Москвы лучшие экономические условия, можно ли считать, что он наконец понял, что давление России — это серьезно, и поэтому нужно стремиться стратегически от него избавиться?
— Теперь совсем другой подход России к Беларуси. То, что Москва так сильно взялась за интеграцию и «союзное государство», ломает традиционную парадигму отношений Беларуси и России. А белорусские власти только сейчас поняли суть этих перемен. Системную политику надо было менять сразу после 2014 году — но мы знаем, что каких-то радикальных изменений в отношении России не было. Присутствие «русского мира» в Беларуси было огромное, и это бросалось в глаза.
Период президентской компании был не случайно выбран Россией для атаки на Лукашенко. В Кремле понимают, что в такие периоды Лукашенко слаб и податлив на внешние влияния. Россия может шантажировать Лукашенко тем, что не признает результаты выборов. Мы знаем, как через российские телеграмм-каналы вбрасывалась информация, что в Кремле не хотят, чтобы Лукашенко оставался президентом.
— Такие сплетни запускаются перед каждыми выборами. «Не с нашим счастьем», так как в результате Россия все равно поддерживала Лукашенко.
— Да, но теперь ситуация радикально изменилась.
— Когда аналитики пытаются ответить на вопрос, почему Минск весь 2019 год играл в интеграцию, то версии обычно следующие — потянуть время, дотянуть до выборов, чтобы провести их в экономически благоприятных условиях. Но можно ли сказать, что эта ставка не сыграла, так как Москва зажимает уже сейчас?
— Безусловно. Лукашенко и окружение выбрали свою традиционную тактику, которая в свое время оправдывалась — затягивать переговоры. А потом Россия меняла свой подход, снижала требования, и все оставалось, как было накануне. Но подход России к Беларуси полностью изменился. В настоящее время Беларусь рассматривается Кремлем как объект, который необходимо интегрировать и сделать частью империи. Ведь на сегодня Россия компенсирует все свои экономические проблемы и международную изоляцию геополитическими «победами».
К сожалению, белорусская сторона этого никак не хотела понимать и не знаю, понимает ли это сейчас — учитывая те масштабные репрессии, которые проводятся в отношении тех, кто выступает против интеграции с Россией.
— Но если допустить, что руководство Беларуси все это понятно — какие у него возможны варианты? Денонсировать все соглашения о «союзном государстве»? Зная Лукашенко, мы понимаем, что он на это не пойдет.
— Ситуация почти тупиковая, но здесь возможны два выхода, на которые Лукашенко, безусловно, не готов пойти. Первый — заморозка «союзного государства». На сегодня эта интеграция пустила очень глубокие корни — в экономику, систему безопасности, армии. Значительное большинство белорусских предприятий ориентированы и даже зациклены на российский рынок.
Эти проблемы — результат системных ошибок, нежелания Лукашенко реформировать экономику и ориентации ее на Россию. Что не позволяет Беларуси пойти на какие-то радикальные шаги.
Второй вариант - «подарок с неба». То есть какие-то драматические международные события, которые могут отвлечь внимание России от Беларуси. Например, конфронтация Ирана с США, другие конфликты, в которые Россия будет втянута, и для Кремля на время Беларусь будет отодвинута на второй план в имперских намерениях России.
Если не произойдет ни первого, ни второго, то положение Беларуси на сегодняшний день очень драматическое. Россия, по сути, не очень спешит в своих решениях и просто потихоньку затягивает петлю, ограничивая паек для Беларуси.
Россия не желает полного коллапса белорусского экономики, но не будет отступать от своей стратегии. Я думаю, психологически в Кремле уже принято решение дожимать Лукашенко.
Виталий Цыганков, www.svaboda.org
Добро пожаловать в реальность!