Минск отрицает, что дал согласие на интеграцию с Россией со статусом, как у Татарстана, и зовет американского посла. Лукашенко еще не сдался, констатирует Иван Преображенский.
Беларусь и США договорились о взаимном возвращении послов. Перед этим пресс-секретарь белорусского президента назвала домыслами сообщение российской газеты "Коммерсант" о том, что с 2021 года у россиян с белорусами будет единый Налоговый кодекс, а уровень интеграции станет глубже, чем у Татарстана в составе Российской Федерации. Казалось бы, причем здесь Владимир Путин?
Лукашенко выпустили из жесткого захвата?
Глубокое объединение экономических систем Беларуси и России, включая переход на единые Налоговый и Гражданский кодексы, создание общего регулятора энергетического рынка и объединение таможенной политики, произойдет, если к январю 2021 года будет реализована программа, о которой написал "Коммерсант".
Не надо быть экономическим аналитиком или экспертом-правоведом, чтобы понять, что речь идет об интеграции, столь же глубокой как в Евросоюзе, если даже не глубже. И все же это явно не вхождение Беларуси в состав России, или создание реального Союзного государства, объединяющего две страны, о чем говорят уже почти год как о весьма вероятном развитии ситуации.
Когда в январе 2019 года глава МИД России Сергей Лавров заверял, что речь не идет о единой конституции или едином Верховном суде, ему трудно было верить. Давление Москвы на Минск стремительно возрастало. Российского посла Михаила Бабича подозревали чуть ли не в подготовке дворцового переворота с целью смещения Александра Лукашенко. Усиливались слухи о том, что вся эта интеграция затеяна только для того, чтобы Владимир Путин смог возглавить новое государственное образование и сохранить власть после 2024 года.
Затем Александр Лукашенко вновь заговорил о возможности пересмотра Конституции Беларуси. Президенты двух стран встретились в Китае, после чего российский посол в Минске был стремительно заменен (и переброшен заниматься все той же интеграцией с Беларусью в Минэкономразвитие). Ну, а теперь говорят лишь о глубокой, но все же ограниченной, интеграции.
Принуждение к "полному слиянию" Беларуси, очевидно, отменено или, как минимум, отложено. Кому-то может даже показаться, что в этой истории победителем пока выходит Александр Лукашенко, который наверняка вместе, например, с интеграцией налогового и таможенного пространства получит и какие-то российские дотации.
Разворот Минска на Запад?
Не менее важна и нормализация американо-белорусских соглашений. Два визита представителей Белого дома в белорусскую столицу - и вот уже страны заметно повышают уровень дипломатических отношений, возвращая послов в Минск и Вашингтон, которых не было там последние 11 лет.
Москва не может не понимать смысл этого внешнеполитического сигнала. Власти Беларуси отчетливо дают понять, что по-прежнему нацелены на сохранение суверенитета. Даже те программы интеграции, которые вроде бы уже были парафированы премьерами Дмитрием Медведевым и Сергеем Румасом, на этом фоне выглядят не более, чем соглашением о намерениях, которое вовсе не обязывает Минск входить в единое налоговое и правовое пространство России.
Путин отказался от Беларуси?
Почему же Россия могла так ослабить свое давление? Основных причин тут, как представляется, две. Первая - Кремль принял решение отказаться на нынешнем этапе от полного поглощения соседней страны. В Москве согласны, например, подождать, пока Александр Лукашенко перепишет, как он обещал, белорусскую конституцию и отправится на покой. Четкие временные рамки никто для этого не обозначает.
Вторая причина состоит в том, что сроки были в этом вопросе как раз главными. Пока в Кремле намеревались через создание реального Союзного государства или поглощение Беларуси решить "проблему 2024", то есть продлить полномочия Владимира Путина, на Минск оказывалось жесточайшее давление.
Но сейчас по каким-то внутренним соображениям или под внешним давлением Москва отказалась от "белорусского варианта" пролонгации персоналистского авторитарного режима через интеграцию. Путин выбирает какой-то другой вариант или вовсе ищет преемника.
Вот поэтому, возможно, слияние с Беларусью превращается в такой же правовой долгострой, каким было в прошлом Союзное государство. Если есть довольно серьезное сопротивление со стороны Минска и нет жестких временных границ, а также серьезной политической мотивации, то поглощение может затянуться на десятилетия.
Добро пожаловать в реальность!