Беларусь возьмут за жабры посильнее, чем Украину

«Если мы не добьемся того, чтобы Евразийский экономический союз заработал в определенные нами сроки — с 1 января 2015 года, — это будет позором для всех нас», — патетично заявил Александр Лукашенко 24 декабря по итогам заседания Высшего Евразийского экономического совета. 

В этот день он старался выглядеть большим интегратором, чем Нурсултан Назарбаев, и даже слегка поспорил с ним. В то время как казахстанский лидер возражал против политизации создаваемого союза, его белорусский коллега напирал на то, что следует придать ЕАЭС статус международной организации, а решения его высших органов должны быть обязательными для исполнения. 

Но не торопитесь делать вывод, что белорусский президент бросился в евразийскую интеграцию очертя голову. Отдавая дань пафосу, Лукашенко между тем методично бил в одну точку: в рамках создаваемого альянса нужно уйти ото всех изъятий и ограничений, обеспечив для начала полную свободу передвижения товаров: «То есть, рассматриваем товары друг друга как свои собственные, выводим их из-под всяких изъятий, будь то экспортные или иные пошлины, сборы, количественные ограничения». 

Короче, Карфаген изъятий и ограничений должен быть разрушен. И прежде всего Минск заинтересован в том, чтобы Москва сняла экспортные пошлины на продаваемые Беларусью нефтепродукты из российской нефти. Это позволит белорусской казне экономить до четырех миллиардов долларов в год. 

Но Кремль если и пойдет на такой шаг, то только с 2015 года. При этом там рассчитывают на улицу с двусторонним движением, а вот здесь у белорусского начальства гораздо меньше энтузиазма. 

Аналитик BISS (Вильнюс) Андрей Елисеев в комментарии для Naviny.by напомнил, что на предыдущем саммите в Минске Владимир Путин поставил вопрос так: Москва может устранить изъятия, связанные, в частности, с нефтью и нефтепродуктами, если будут встречные уступки со стороны партнеров. 

Иначе говоря, Минску тоже придется чем-то жертвовать. А именно: шире пускать в страну российский капитал, устраивать открытые тендеры с участием российских производителей и т.д. Что обострит конкуренцию и уменьшит продажи, например, белорусских производителей техники, предполагает Елисеев. 

Таким образом, делает вывод аналитик BISS, неверно думать, что с 2015 года Беларусь получит чистый выигрыш в четыре миллиарда долларов за счет того, что Россия снимет экспортные пошлины на нефтепродукты. «Условно говоря, надо отнять миллиард вероятных потерь», — говорит эксперт. 

Второй сложный для Лукашенко момент заключается в том, что деньги нужны были вчера. Национальная валюта на волоске от обвальной девальвации, а ползучая уже идет. Насчет бонусов с 2015 года впору сказать: покуда травка подрастет, лошадка с голоду помрет. 

Во всяком случае, правительство запланировало на следующий год жесткую экономию, повышение тарифов (грозятся к апрелю вообще убрать перекрестное субсидирование, что чревато резким ростом коммуналки), новые сборы типа нашумевшего налога на автомобили. А вот зарплаты практически заморозят. 

В переводе на простой язык это означает, что государство намерено методично изъять из кошельков населения те пустые деньги, что залихватски печатались в предыдущие месяцы, повергая экономистов в ужас, так как нездоровое вспучивание заработков в разы превышало рост производительности труда. 

Конечно, вряд ли экономические трудности будущего года сравнятся с шоком 2011-го с его почти троекратным обесценением национальной валюты и гиперинфляцией в 109%. Но и симпатий к главе государства у электората от интенсивной обдираловки вряд ли прибавится. А ведь впереди у Лукашенко — выборы-2015. 

Эксперты, однако, приходят к выводу, что если Москва достаточно щедро проплатит евразийскую интеграцию, то у белорусского президента есть все шансы спасти и даже поднять рейтинг к выборам. У электората, увы, память короткая. 

«Социальная память распространяется лишь на несколько месяцев», — отметил в комментарии для Naviny.by эксперт НИСЭПИ Сергей Николюк. 

По его словам, население Беларуси, если говорить очень схематично, делится на тех, что «не любят Лукашенко в принципе», и тех, что являются сторонниками «не лично Лукашенко, а авторитарного государства, которое распределяет ресурсы». 

Когда благосостояние падает, то рейтинг президента снижается именно за счет «таяния» второй группы, поясняет социолог. Когда же доходы снова начинают расти, то и рейтинг главы государства поднимается опять же за счет этой группы «бюджетополучателей», так как в их глазах все опять становится на свои места. 

Иначе говоря, если Лукашенко раздобудет ресурсы к 2015 году, то несколько месяцев накачки зарплат, пенсий и прочих доходов вполне могут дать бессменному президенту ощутимый прирост популярности к очередной избирательной кампании. 

Обдираловка 2014 года при этом в основном сотрется из массового сознания. Вроде примитивный прием, но «этот номер прокатит еще сто раз», считает Николюк. 

А Путин, скорее всего, проплатит. В частности, по итогам заседания 24 декабря российский президент пообещал, что изъятия из общего торгового режима в рамках Таможенного союза будут сведены «в конце концов к минимуму или к нулю». Президенты «тройки» одобрили институциональную часть проекта договора о Евразийском экономическом союзе 

Кроме дешевых энергоресурсов, снятия экспортной пошлины на нефтепродукты, для Беларуси возможен и новый кредит по линии Антикризисного фонда ЕврАзЭС. 

У Москвы пока есть деньги, и она, как показывают последние события, готова вкладываться в обеспечение своих геополитических интересов на постсоветском пространстве. Недавний пример — снижение на треть цены газа и 15 миллиардов долларов фактического кредита для Киева, чтобы остановить европейскую интеграцию Украины. 

«Случай с Украиной показал, насколько важна для Москвы реализация остаточных имперских амбиций», — отмечает Сергей Николюк. По его словам, сегодня «излучение России как цивилизации может быть только экономическим, нет культурных ресурсов». 

Андрей Елисеев, со своей стороны, отмечает политические риски, связанные со вхождением Беларуси в евразийский проект. 

Если российский капитал приобретет белорусские НПЗ, другие крупные активы (а к 2015 году Москва может «дожать с пятью интеграционными проектами»), то контроль правительства над экономической сферой ослабнет. И тогда, подчеркивает аналитик, даже в случае смены власти стране будет сложно изменить внешнеполитический курс, например обеспечить европейский вектор. 

Короче, Беларусь на случай вероятного ухода в Европу Кремль возьмет за жабры посильнее, чем сейчас Украину.