Елена Тонкачева: мы не просто говорим о реформах, а предлагаем алгоритм действий

Нужно не только знать, какие реформы нужны Беларуси, но и четко представлять, кто и как будет их реализовывать. О перспективах трансформации страны вообще и о судебно-правовой реформе в частности применительно к деятельности рабочей группы экспертов «Европейского диалога о модернизации с Беларусью» рассуждает руководитель Центра правовой трансформации Lawtrend Елена Тонкачева. 

— Елена, вот положа руку на сердце — есть толк от этого «Европейского диалога»? Может, просто Брюсселю надо было бросить какую-то инициативу, эксперты здесь собрались, что-то повытаскивали из своих загашников и сбили, скомпилировали некий продукт. Или есть выход на новый виток осмысления этой проблематики? 

— Для начала я хотела бы подчеркнуть своеобразную растяжку, на которой происходит сегодня обсуждение модернизационного диалога в публичном пространстве — и исключительно посредством СМИ. На одной стороне — тезис неизбежности реформ, на другой — антитеза: модернизация диктатуры невозможна. 

Это облекает дискуссию в форму постоянно повторяющейся полемики. Разговор в подобной форме может длиться бесконечно долго, но не может быть использован для реального действия ни в текущий момент, ни в момент предполагаемого начала реформ. 

Сейчас он не может быть использован, так как не заявлена сторона, которая готова принять на себя ответственность за собственно реализацию реформ, а в режиме отложенного времени не может быть использован, так как в рамках «Европейского диалога о модернизации с Беларусью» нет целенаправленного планирования, ориентированного на внедрение реформ. 

Да, многие эксперты достали рукописи из ящиков рабочего стола. Но даже если дискутируются старые темы политической и судебно-правовой реформы, периодический пересмотр позиций является важным как минимум потому, что меняется время. 

К тому же реформирование судебно-правовых систем в ряде соседних стран уже дало свои результаты, и это прекрасная база для обновления вынужденно пролежавших в столе наработок белорусских экспертов. 

Ожидаемый итог первой фазы диалога о модернизации видится в том, что Евросоюз, который выступил заказчиком этого обновленного взгляда на реформы в Беларуси, должен этим продуктом воспользоваться, положить его в основу своих планов. 

Можно рассчитывать на новые программы взаимодействия с гражданским обществом, политическими субъектами, представителями государственных органов. Эти ожидания являются среднесрочными и долгосрочными. 

Вместе с тем, в Беларуси должен быть заявлен национальный субъект, который примет на себя ответственность за диалог о модернизации как с европейскими структурами, так и с государственными. 

Следует констатировать важную роль Национальной платформы Форума гражданского общества «Восточного партнерства» в этом процессе. Особенно с учетом принятой 16 ноября концепции развития платформы и событий, разворачивающихся в эти дни на Форуме гражданского общества «Восточного партнерства» в Стокгольме. 

— Чтобы реализовать реформы, нужно обладать властью. Национальная платформа понимает важность реформ, но не обладает властью. Ей обладает Лукашенко, который сейчас как раз и вооружился риторикой о модернизации. Но комментаторы дружно заявляют, что он способен только на имитацию. И что дальше? 

— А дальше подразумевается диалог между внутренними субъектами. Я не говорю, что это случится завтра, но вероятность такого варианта развития событий высока. 

— Нынешний глава государства, судя по всему, понимает модернизацию примитивно — новые станки поставить в цехи, чтобы товар был более конкурентным, и всё. Второй момент: садиться за круглый стол с «пятой колонной» для Лукашенко неприемлемо. Способна ли власть перешагнуть через такой ментальный барьер? 

— В рамках диалога о модернизации существуют различные сферы интересов, и все они взаимосвязаны. Для реформ образования, пенсионной системы, системы здравоохранения, органов юстиции нужна политическая воля, установка на политические изменения. 

Не будет Республика Беларусь в Болонском процессе, пока не изменится отношение правительства к вопросам академических прав и свобод. Мы не сможем претендовать на другие европейские преференции, интерес к которым есть ныне у правительства, если не продемонстрируем способность к изменениям в вопросах демократии и прав человека. 

«Европейский диалог» усиливает «Восточное партнерство», помогает удерживать Беларусь в фокусе внимания Европы. Это надежда и шанс на развитие. А у правительства впереди точка бифуркации. 

— А в чем вы видите слабые стороны первой фазы модернизационного диалога? 

— Подготовленные сегодня экспертными группами материалы — это материалы о реформе-мечте, без двух компонентов: когда и в каком окружении реформа будет начата, как реформу делать и кто примет на себя ответственность за реализацию реформы. 

Я придерживаюсь мнения, что сегодня следует сосредоточиться на выработке алгоритмов действий, а именно — как и в какой последовательности и взаимосвязи реформы должны осуществляться. 

Полагаю, что теперь развитие диалога, пока в него не включено правительство, должно ориентироваться на создание алгоритмов реализации реформ и наполняться дорожными картами по отдельным сферам реформирования. 

— Что конкретно может предложить Центр правовой трансформации? 

— Мы следим за изменениями отечественного законодательства, страновыми моделями и экспертными наработками в сфере реформы юстиции. 

Для укрепления фундамента правового государства и уважения прав человека предстоит создать институт уполномоченного по правам человека, установить контроль за деятельностью государственных органов, ввести административную юстицию в качестве механизма, обеспечивающего хорошее государственное управление, произвести девоенизацию пенитенциарной системы, расширить доступ граждан к гарантируемой правовой помощи, произвести существенные изменения в подготовке и переквалификации судей и прокурорских работников. 

Эти задачи можно отнести к практическим. Осознавая их важность, государство уже сейчас могло бы начинать практическую деятельность в этих сферах. Мы являемся очевидным экспертным ресурсом для такой деятельности, а также потенциальным кадровым ресурсом для реализации реформ. 

— А не долго ли придется ждать? 

— Как минимум до освобождения всех политзаключенных. Повторюсь, для реформы юстиции необходима политическая воля. Равно как в правительстве должен сформироваться пул заинтересованных в развитии страны специалистов, которые примут на себя реализацию реформаторских задач. 

Задача состоит в том, чтобы быть готовыми к переменам, чтобы, когда придет их час, правительство не действовало импульсивно, лихорадочно по сигналам «вспышка слева», «вспышка справа», как это бывает сейчас. А в необходимый момент воспользовалось наработками модернизационного диалога в кооперации с гражданским обществом и под гражданским контролем.