На смерть Каддафи

Какое значение будет иметь гибель бывшего лидера Ливийской Джамахирии? Его смерть очень похожа на смерть румынского диктатора Николае Чаушеску - без суда и следствия.

И мотивы, возможно, похожи. На суде Каддафи мог рассказать много интересного и о некоторых нынешних лидеров повстанцев - его бывших соратников, и о западных партнеров официального Триполи на протяжении десятилетий. Ну а мертвые молчат. А может и действительно погиб в перестрелке - война, в том числе и гражданская, не мать родная.

Безусловно, с гибелью «льва пустыни» силы старого режима потеряли и лидера, и флаг.

Ни один из столпов этого режима и близко не имеет того авторитета и политической силы, которую имел Каддафи.

Кадафизм в лице его создателя уже гарантированно не вернется.

Гражданская война закончилась. По меньшей мере эта война.

Хотя пока трудно сказать, какое влияние на дальнейший ход событий окажет смерть Каддафи.

Арест и казнь Саддама Хусейна в политическом смысле мало что изменили в Ираке, так как на момент его ареста ни одна политическая сила в Ираке не вдохновлялась образом свергнутого диктатора. Ни власти, ни исламистскому сопротивлению, ни шиитам, ни суннитам Хусейн был не нужен.

В Ливии ситуация не такая. Но сходство будет заключаться в том, что фигура Каддафи консолидировала не только его поклонников, но и противников - пока ужасный тиран был жив, революционерам было не до противоречий между собой, сохранялась угроза, что Каддафи вернется и «станчыць над их трупами» независимо от их политических взглядов, как он обещал.

Теперь гарантированно не вернется, найдется и кому станчыць над его трупом.

Но скачки будут недолгими. Сейчас страна принадлежит революционерам, которые стали властью, которой не грозит реванш. Однако и вся ответственность - на них, на угрозу реванша уже ничего не спишь. Тем вероятнее, что именно это обострит борьбу за ту самую власть между самими революционерами.

Но при этом смерть Каддафи имеет и символическое, и моральное значение, и значение примера.

После того, как под давлением манифестантов ушли бен Али и Мубарак, что не спасло их от преследования, многие эксперты отмечали, что диктаторы мира сделали из этого плохой для дела свободы урок - что за власть нужно держаться всеми средствами и до последнего, так сказать, до последней капли крови. Но судьба Каддафи показывает, что риторическая фигура - «до последней капли крови» - не языковая красота и не метафора. Оно и действительно оказывается до последней, и не противников диктатора, а его самого. И сейчас тем деспотам, которые остаются на своих постах, придется делать более сложное сравнение между судьбой Мубарака и Каддафи. Преимущество второго по меньшей мере неочевидно.

Ну и символическое значение. Не всегда и не все несут ответственность за реки пролитой ими крови, за бот на человеческом лице. Мао и Сталин тихо и спокойно умерли в своих постелях. Но иногда бывает и так, как сегодня в Сирте.

Юрий Дракохруст.