Эта история началась вечером 3 июля. За участие в акции молчаливого протеста на Привокзальной площади был задержан младший сын минчанки Виктор. (Позже суд наказал парня 15-ю сутками ареста за «нецензурную брань и размахивание руками»). В поисках сына мать оказалась в Московском РУВД, но вместо уважения и вежливости, как того требует соответствующий приказ министра внутренних дел, милиционеры проявили к 58-летней женщине свойственное им пристрастие. На Татьяну Николаевну составили протокол об административном правонарушении. Оформлял сей документ участковый инспектор лейтенант А.И.Еременко. Согласно этому милицейскому сочинению:
«3 июля в 22.00 гр. Кувшинова находясь по адресу ул. Грушевская, 9 незаконно проникла в здание РУВД. На неоднократные требования старшего дежурного ОДС майора милиции Мамая М. Я., ответственного лица, прекратить подобные действия, Кувшинова ответила отказом, чем оказала неповиновение законному распоряжению должностного лица государственного органа при исполнении им служебных полномочий, лицом не подчиненным ему по службе».
Перл еще тот, ибо непонятно: а каким тогда образом в милицейское здание вообще можно попасть законным образом, кроме как через дверь?!
Судя по логике стражей порядка, совершив «незаконное проникновение» на их территорию, Татьяна Николаевна должна была ответить по статье 23.4 КоАП («Неповиновение законному распоряжению должностного лица при исполнении им служебных обязанностей»). А полагалось пенсионерке за такие вольности штраф в размере от двадцати до пятидесяти базовых величин или административный арест.
Женщине вручили копию протокола и отпустили домой. Примечательно, что никаких санкций к ней так и не было применено. Возможно, в Московском РУВД нашлись более сообразительные головы, понявшие абсурдность обвинений, которые и решили бумажке ходу не давать, а положить ее, что называется, под сукно. Дело темное, да проблема в том, что протоколы — не простые листы формата А4, а номерные документы, так называемые бланки строгой отчетности. У протокола, оформленного лейтенантом на Татьяну Николаевну, имелся номер 002146. Пенсионерка оказалась женщиной боевой и стала бомбить жалобами всевозможные инстанции.
«Я направляла жалобы руководству Московского РУВД, Мингорисполкома, Генеральной прокуратуры, — рассказывает Татьяна Кувшинова. — В ответ приходили невразумительные отписки. Вынуждена была обратиться в суд».
Суд длился более двух с половиной часов. В ходе разбирательства выяснилось, что упоминавшийся в протоколе Мамай вовсе и не майор, а всего лишь капитан. Это лейтенант Еременко поторопился и самолично повысил в звании более опытного коллегу. Впрочем, это не столь важно, — судье Лидии Телице ничего не оставалось, кроме как полностью оправдать пенсионерку. Правда, нельзя сказать, что этой победе над глупостью она радуется.
«Я дочь кадрового военного летчика, для которого было свято понятие честь офицера, — говорит Татьяна Кувшинова. — К форме я всегда относилась с трепетом. Сейчас, к сожалению, форма, невзирая на то, армейская она или милицейская, у меня вызывает чувство брезгливости…»
После получения на руки решения суда пенсионерка намерена требовать от министра внутренних дел Анатолия Кулешова принести ей публично извинения. Как того и требует статья 34 закона «Об органах внутренних дел»:
«При нарушении сотрудником органов внутренних дел прав и законных интересов граждан или организаций, если его действия (бездействие) признаны в установленном порядке незаконными, соответствующий орган внутренних дел обязан принять меры к их восстановлению и по требованию гражданина или организации публично принести извинения».
К месту заметить, аналогичное решение суда было вынесено в адрес Юрия Якубовского, отчима политзаключенного Эдуарда Лобова, который вечером 3 июля также «незаконно проник» в здание Московского РУВД.
…Найдет ли в себе мужество министр внутренних дел Кулешов лично принести извинения за незаконные действия своих подчиненных или поручит сделать это кому-то из своих подчиненных?
Добро пожаловать в реальность!