Агония

Возможно, я ошибаюсь, но создается впечатление, что в своей деградации система достигла стадии агонии.

Так, одним из признаков близкого конца является отсутствие реальных мер по исправлению ситуации в кризисные моменты существования системы. Пока потенциал выживаемости у системы еще не исчерпан, она реально борется за свое выживание. Когда же он уже исчерпан, меры по спасению системы не предпринимаются даже ее руководством, не говоря уже о прочих. Причем дело именно в борьбе или не борьбе системы за выживание, а не в масштабах трудностей.

Вот, например, советская система. Возьмем несколько переломных точек в ее развитии.

1921 год. Система на грани полного краха, несмотря на формальное окончание гражданской войны. Полная разруха, страшный голод, масштабные народные восстания, которые говорят о том, что гражданская война реально все же не окончена. Но система борется. Вводится НЭП, восстанавливается товарообмен с цивилизованным миром, что позволяет начать восстановление экономики, – и страна оживает.

1941 год. Система опять на грани краха. Но адекватные меры опять принимаются – вплоть до отмены института комиссаров в войсках и открытия церквей. Опять же, конфронтация откладывается, налаживается тесное сотрудничество с цивилизованным миром. Ну и военные меры, понятно, предпринимаются тоже. И опять система спасается.

1991 год. Никаких реальных, адекватных мер по спасению системы не предпринимается. И хотя ситуация не такая критическая, как в 1921-м или в 1941-м, система гибнет.

Похожая ситуация сегодня сложилась и у нас. Реальных, адекватных мер по спасению системы не предпринимается. Все «меры» сводятся к поиску «врагов» и виновных в провале, причем чаще всего не внутри системы, а за ее пределами. Вообще, обвиняются все – от зарубежных СМИ до собственного народа – но только не «вертикаль». Лично мне это никак не напоминает антикризисные меры, ни в фас ни в профиль. Ведь умение найти виноватых в собственных неудачах совсем не означает умения добиваться успехов. Хотя люди эти умения часто путают. Правда, «антикризисные меры» еще включают в себя  поиск «лохов», которые дали бы денег на спасение агонизирующей системы, причем дали бы просто так, без предоставления чего-либо существенного взамен. Других мер фактически не принимается. Предпринятая девальвация сама по себе такой мерой не является. Это из той же «оперы» – просто народ уже заставили стать «спонсором» системы в принудительном порядке. К тому же девальвация запоздала, и уже не спасает без реформирования системы.

Спросят: а как же «19 декабря» и последующие за ним силовые меры? Предпринимает-таки что-то система, не такая уж она и пассивная. Но это вовсе не те меры, которые необходимы, такие действия не спасают, скорее наоборот. Горбачев тоже такие меры предпринимал: события в Вильнюсе, Тбилиси и других местах многие еще помнят. Но эти «меры» ту систему не спасли, скорее даже ускорили ее крах. «Вильнюс и Тбилиси» стали для советской системы примерно тем же, чем для нашей «19 декабря». Реальных же, адекватных мер по спасению системы тогда не предпринималось. Возможно, пытались предпринять, но не смогли. Это и является признаком конца системы.

Кроме того,  в 1991-м практически никто не хотел сохранения статус-кво, даже во власти и в ее «окрестностях». Старая партноменклатура хотела вернуть все к «доперестроечным» порядкам, «новые русские» во главе с Ельциным, наоборот, хотели уйти подальше от «совка». В сохранении же «стабильности» не был заинтересован практически никто.

Похожая ситуация складывается сегодня и у нас. Сохранения «стабильности» не хочет уже практически никто, за исключением очень узкого круга лиц. И это касается не только «врагов» или народа, который вдруг резко перестал власть устраивать, но даже большинства «верикальщиков». Просто среди последних нет единства, как и среди советской партноменклатуры в 1991-м. Одни хотят «в Париж», другие вернуть российские дотации, пусть и на условиях вассалитета, но сохранения сегодняшнего незавидного положения никто уже не хочет.

Вот и получается, что системе скоро конец. И дело даже не в трудностях и не в масштабе трудностей, а в том, как эти трудности преодолевают, вернее не преодолевают. У нас пока наблюдается последнее. Не прозвучало предложений по поводу адекватных мер и на последнем совещании по экономическим вопросам. Разве что в какой-то его секретной части, но сомнительно, некому там особо предлагать реальные меры. Впрочем, посмотрим. Ждать осталось недолго. Или система сможет адаптироваться к новым условиям в ближайший месяц-два, или ее уже ничего не спасет, деградация станет необратимой.