Действительно, странно слышать, когда слова о примирении звучат, от имени избитых, изнасилованных, обиженных, убитых, заключенных, лишенных родины и прав, пишет политолог Павел Усов.
Эти слова звучат как призыв к ним всем: униженным, раздавленным, угнетенным принять свою судьбу и признать власть насильников, воров, убийц, палачей и тиранов. Принять и униженно смириться с этим.
А во имя чего? Во имя того, чтобы эти же преступления продолжались, чтобы эта же власть продолжалась впредь. Единственное, что петля на которой висит белорусский народ может на миллиметр расслабиться.
И это принятие некоторые представители культурной интеллигенции пафосно называют - национальным примирением.
Примирение это политическая воля и желание двух сторон.
Но, кто-нибудь слышал слова о национальном и человеческом примирении из уст самих палачей и убийц, представляющих и защищающих этот режим? Конечно нет!
Кроме как убивать, уничтожать, насиловать, в том числе Белорусское, они больше ни к чему не призывают, да и призывать не в состоянии.
Или кто-нибудь слышал из уст Эйсмонт, Гигина, Шпаковского слова о том, что власти должны освободить из тюрем хотя бы белорусских девушек и женщин?
Нет! Наоборот они все в одно горло кричат: "Так их, убейте их, уничтожьте их, заберите их детей".
Как результат они дают женщинам по 10-12 лет лишения свободы.
Может, кто-нибудь из 110 "парламентариев" (возможно Василевич) говорили о примирении? Нет! Они все голосовали за расстрельные законы
Примирение по-лукашенковски - это максимальное унижение, целование кровавого сапога, признание своего рабства, отдание себя в руки палача и ожидание его милости. Именно так выглядит "комиссия по возвращению".
Сегодня нет никакой возможности для национального примирения, так как:
Уничтожена и унижена вся нация;
Не может быть примирения если, о нем просит жертва, которая не имеет прав, оружия и возможности защищаться. Она просто безвольная, беззащитная жертва и такое примирение не даст жертвам никаких прав. Жертвы останутся жертвами, а палачи - палачами.
Примирение происходит только с целью того, чтобы трагедия не произошла больше никогда.То есть если бывшие жертвы обещают не преследовать бывших палачей, если палачи и преступники потеряли окончательно возможность властвовать.
Примирение необходимо для прекращения гражданского противостояния. Сейчас же имеет место не противостояние, но тотальное истребление общества.
Примирение - это возвращение равенства прав и политических возможностей всех граждан и прежде всего возможность всем жить свободно, без страха и преследования.
В Беларуси примирение просто невозможно, так как в тех условиях и том виде, которым предлагается, оно означает, что униженная часть общества просто должна признать власть Лукашенко, новый более тиранический уклад и собственное бесправие.
Никто не вернет тем, кому растоптали их жизни, свободу, собственность, труд. Так было и раньше.
Никто не даст им права принимать законы в стране, считать голоса, выбирать своих депутатов, или быть избранным.
Давайте будем искренними в словах - это нельзя назвать примирением, это смирение с судьбой распятого. И это примирение, прежде всего означает, отказ замученного общества от всякой борьбы против политического заключения.
А возвышенные слова о "примирении" - это ничто иное, как интеллектуальное самоуничижение.
Перевод с бел. — EX-PRESS.BY
Добро пожаловать в реальность!