Политолог считает, что вокруг политзаключенного блогера начинается новая сложная игра. Об этом Валерий Карбалевич пишет на Свободе.
Вслед за новостью о переводе Романа Протасевича под домашний арест пришла информация, что у него появился новый аккаунт и видео в Твиттере. Это означает, что вокруг него начинается какая-то новая сложная игра.
До сих пор ходы властей фигурой Протасевича были более-менее понятны. Так называемое «интервью» Маркова призвано было дискредитировать оппозицию и Запад. Появление Романа на пресс-конференции 14 июня должно было как-то повлиять на ЕС и США в плане смягчения санкций. Получилось не очень удачно, но это другой вопрос.
Перевод под домашний арест - это явное предложение всем политзаключенным. Кто публично покаялся, фактически перешел на другую сторону баррикад, имеет шанс на смягчение приговора.
А вот появление своего аккаунта в интернете - это новый ход, который сразу не так просто расшифровать.
Первая версия. Возможно, здесь реализуется схема, которую условно можно определить, как ловля на живца. Это когда спецслужбы делают провоцируют противников власти на какие-то действия, а потом арестовывают или публично разоблачают.
Такую игру власти использовали уже не раз. И в случае с арестованными в Москве «подельниками» (Федута, Зенкович). И относительно Игоря Макара. И в истории с «покушением» на Азаренка.
Так и здесь. Почему бы не последить за комментариями на аккаунте Протасевича? Возможно, там будут резкие выпады в адрес властей. Может, кого и удастся поймать.
Но здесь есть проблема. В разведке перевербованный агент имеет ценность только тогда, когда его руководство об этом не знает. (Хотя бывают и более сложные игры, но, кажется, это не наш случай). Все комментарии свидетельствуют о том, что люди хорошо понимают степень свободы Протасевича.
Всем очевидно, что он работает под контролем. Но к этому обстоятельству комментаторы относятся по-разному. Одни сочувствуют Роману, пытаются понять, в какой ситуации тот оказался. Другие осуждают, говорят, что вот же Бабарико, Статкевич, Северинец не пошли на сотрудничество с режимом.
Второй вариант. Его можно условно обозначить как» «кейс Юрия Воскресенского». То есть игра в» «конструктивную оппозицию». Вот же Протасевич говорит, что не поменял своих взглядов, однако одновременно позорит оппозицию и хвалит Лукашенко.
Однако стоит заметить, что некий условный «диалог» власти с какой-то «конструктивной оппозицией» не удался. Даже не потому, что не нашли для этого нужных фигур. Думаю, что при большом желании это не стало бы большой трудностью.
Проблема в другом. Власти реализуют сегодня жесткий черно-белый политико-идеологический конструкт. Его еще раз сформулировал Лукашенко в выступлении 2 июня. По его мнению, в стране есть народ, то есть люди, которые любят Лукашенко, и есть враги, которые его не любят и которые объявлены экстремистами. И между ними никакой середины в виде «конструктивной оппозиции», какой-то «третьей силы» нет и не может быть. Даже имитация диалога властям не нужна.
Можно выразить мнение, что пока у властей нет четкого сценария игры с Протасевичем. Возможно, рассчитывают, что нужно начать ее, а там будет видно. Можно будет менять тактику, реагируя на ходы оппонентов.
Добро пожаловать в реальность!