Санкционная повестка остается одной из самых обсуждаемых тем в Беларуси. Общество уже много месяцев находится «между молотом и наковальней». Ведь санкции создают проблемы не только властям, но и гражданам Беларуси.
Политические аналитики Артем Шрайбман и Павел Слюнькин в своем исследовании «Беларусь и страны Балтии: последствия затяжного политического кризиса» говорили о необходимости формулирования ЕС позитивной повестки в противовес негативной теме санкций.
«Филин» обсудил со старшим аналитиком Центра новых идей и бывшим временным поверенным в делах Беларуси в Швейцарии Павлом Мацукевичем, что это может быть за позитивная повестка, и какова вероятность, что ЕС будет формулировать ее в ближайшем будущем.
— Планы на будущую помощь очень важны и, наверное, в кого-то вселяют оптимизм. С другой стороны, мы ведь живем в таких широтах, где слабо ценятся эти все «абяцанкі»: нам тут в свое время не раз обещали «по пятьсот», помимо «чаркі і шкваркі».
Три миллиарда евро для Беларуси, конечно, мало о чем говорят. Сегодня это выглядит как некий мираж в пустыне на фоне закатывания всего свободного под асфальт и проблем с выездом из страны.
Поэтому я бы, например, ждал от ЕС таких шагов, которые нужны здесь и сейчас. Здесь и сейчас беларусам необходима возможность перемещаться за пределы страны. С одной стороны государство закрыло наземный выезд, но с другой ведь и ЕС заблокировал белорусское небо: перестал сюда летать и запретил полеты наших самолетов в страны Европы.
Собеседник называет решение о приостановке авиасообщения очень эмоциональным и политическим:
— Лично мне неудобно его даже читать. Почему? Есть авиационный инцидент. Независимо от того, что мы думаем о происшедшем, существуют механизмы расследования. И оно ведется Международной организацией гражданской авиации. Мне очень сложно понять, как без его результатов можно принимать такие решения.
Да, возможно есть какие-то выводы спецслужб, военных. Но разве это является основанием для принятия таких далеко идущих решений, касающихся непосредственно белорусов?
Я не знаю, где связь этих ограничений именно с режимом. Лукашенко сдал билеты и не полетит в отпуск в Италию?
В 1988 году, когда Каддафи сбил американский самолет над Шотландией, его подозревали практически сразу. Но США, Великобритания, Совбез ООН ждали три года, пока завершится расследование.
Ключевой момент: вместе с этой блокадой ЕС обрубил каналы физической поддержки гражданского общества в Беларуси. Мы растеряли многие связи.
Поэтому, по словам дипломата, снятие запрета на полеты — первое, что приходит на ум в вопросе помощи ЕС для Беларуси.
Авиаблокада выглядит как желание не то, чтобы нам помочь, а скорее запереть.
— Второй момент — снятие визовых ограничений. Дать белорусам возможность находить укрытие в Евросоюзе. Я уже не говорю про программы поддержки исключенных студентов.
При этом надо помнить, что помимо студентов — молодых людей, мобильных, владеющих языками, легко перемещающихся по планете Земля, если есть рейсы, существует еще профессорско-преподавательский состав, тоже по политическим причинам уволенный. Как этим людям найти себя и где? Я считаю, что этим людям нужно помочь начать вторую жизнь.
— Стоит ли в ближайшее время ожидать этих позитивных шагов от ЕС?
— Исходя из того, что мы видим, происходит только дальнейшее раскручивание санкционной спирали. Одна сторона принимает меры, вторая склонна отвечать. Белорусские власти склонны к тому, чтобы санкционное давление превращать в репрессии над гражданским обществом. Такой побочный эффект.
Тема санкционного давления, к сожалению, доминирует над иными направлениями. Получается так, что в этом кризисе важно формально действовать, а то, что результатом этих действий может стать доведение до еще худшего состояния, эти вещи не просчитываются, увы.
Я очень сомневаюсь, что ЕС сместит акцент с политики санкций на поддержку гражданского общества и Беларуси в целом. Хотя именно в этой части у Евросоюза как раз есть все ресурсы, рычаги и возможности для улучшения ситуации.
В части санкционного давления — есть возможности его наращивать и делать очень чувствительным для Беларуси. Но насколько это приближает нас и ЕС к решению тех задач, которые ставятся: освобождению политзаключенных и демократизации? На этот счет у меня большие сомнения, — подытоживает Павел Мацукевич.
Добро пожаловать в реальность!