Две славянские автократии, Беларусь и Россия, пытаются сохранить существующее положение вещей, отрицая ход времени. Но это возможно только в случае вкладывания бесконечного количества ресурсов. В исторической перспективе автократические режимы недолговечны. Такое мнение высказала Екатерина Шульман во время онлайн-встречи Интеллектуального клуба «Светлана Алексиевич приглашает», пишет TUT.BY.
Постсоветские автократии перенимают и используют многие элементы либерального мира, но как только любое из заимствований начинает проявлять субъектность, в нем видится опасность. Тогда его стараются нейтрализовать, отмечает политолог, кандидат политических наук, доцент кафедры политических и правовых учений факультета политических наук Московской высшей школы экономических и социальных наук Екатерина Шульман.
— Оставляется видимость и часть функционала, без того инструментария, который угрожает удержанию власти. В сердце постсоветских автократий — связь между властью и собственностью, в которой власть производит собственность, но не наоборот; опора на назначаемую бюрократию и глубокое недоверие к любым выборным лицам и органам, даже контролируемым. А также непрекращающиеся попытки контролировать публичное пространство. Это постоянная работа, на которую уходит значительное количество ресурсов политического режима.
Персоналистические автократии — Беларусь, Россию и Казахстан — каждая по-своему, входят в кризисный для себя транзитный период. Причем Казахстан показал наиболее успешный пример, признав, что переход необходим и проведя его на своих условиях, не дожидаясь, пока он произведется сам, отмечает эксперт. В итоге там происходит некоторое контролируемое послабление авторитаризма и возврат к выборности.
— Две славянские автократии решили отрицать ход времени, вцепиться в существующее положение вещей и бежать в два раза быстрей, чтобы остаться на месте. Как выяснилось, оставаться на месте невозможно, не вкладывая в это бесконечное количество ресурсов. Это положение вещей дискомфортное и для исполнителей, и для жертв, и для участников, но оно не является финальной станцией, — говорит Екатерина Шульман.
В будущем постсоветские автократии политолог видит все более урбанистическими, с образованным грамотным населением, не столько промышленными, сколько странами с большой ролью сектора услуг.
— Это не то чтобы подходящий субстрат для диктатуры. Но искусственный интеллект создает новые возможности не только для слежки в полицейском смысле, но и в планировании и перераспределении. Государства во всем мире все больше участвуют в экономическом обороте, они вкладывают деньги, раздают их гражданам, поддерживают отрасли. За это хотят сначала получать знание о том, что ты пишешь, говоришь, где твои деньги, а потом и лояльности в обмен на поддержку. Поэтому тут имело бы смысл подумать о том, каким будет наше коллективное завтра.
В исторической перспективе автократические режимы недолговечны, считает Шульман. Но в условиях, когда в руках государства находится ресурс насилия, они могут существовать десятилетиями. Такая модель в условиях непрерывной борьбы с наступающим завтрашним днем, который воспринимается как угроза, может прожить дольше, чем сама того ожидает.
Добро пожаловать в реальность!