В рамках нового спецпроекта «Обратная сторона медали» мать школьника рассказала «Салiдарнасцi», как ее 15-летнего сына готовили к армии.
О службе сына в армии минчанка Наталья и ее муж Вячеслав до недавнего времени вообще не задумывалась. Парню только исполнилось 15, и у него в планах было поступление в вуз. О том, что государство тоже имеет некоторые виды на их ребенка, семье пришлось вспомнить, как только парень перешел в 9 класс.
— В самом начале учебного года сына и его одноклассников отправили на медкомиссию для военкомата. В принципе, мы и сами, когда учились в школе, через такое проходили, — рассказывает Вячеслав. — Но в данном случае все выглядело так, словно в Беларуси началась война. Детей на целый день освободили от уроков. Тех, кто в этот день по каким-то причинам не смог — болел или уезжал — стали вызванивать, требовать, чтобы немедленно прошли медкомиссию. Причем детей пугали статьей, угрожая, что если не принесут документы к конкретной дате, то им грозит штраф, а после и вовсе постановка на учет в милицию.
По словам родителей, было ощущение, что весь учебный процесс остановлен и школа только и работает на военкомат.
— Звонили всем родителям лично, только и слышно было «срочно», «обязательно». Обещали снять с любых уроков – только чтобы управились в срок. Складывалось ощущение, что сын уже завтра идет в армию, хотя ему еще только 15 и до армии минимум три года! — вспоминает Наталья. — Более того, однокласснику моего сына вообще пришла повестка из военкомата (бросили просто в ящик) с требованием явиться через несколько дней со всеми документами. А ребенку на тот момент лишь 14. Родители тут же побежали собирать справки. Позже выяснилось, что военкомат ошибся.
Для сбора документов о составе семьи и месте жительства сына Натальи снова сняли с уроков. А родителям дали заполнить анкету.
— Судя по вопросам анкеты, она предназначалась не для заполнения родителями, а для учителей или школьных психологов. Но те, видно, банально не справлялись, поэтому перекинули процесс заполнения на нас, — отмечает собеседница.
Некоторые вопросы анкеты сильно удивили. Например, вопрос: «Есть ли среди близких родственников судимые или отбывающие наказание в данный момент (кто и за какие преступления)».
— Это-то тут причем? Почему это интересует военкомат, да еще и пофамильно? — удивляются родители. — Спрашивали также про родственников, состоящих на учете у врача-нарколога. А также просили рассказать, употребляли ли друзья или родственники наркотические, психотропные или галлюциногенные вещества. То есть, это мы сами должны написать.
Среди пунктов, касающихся непосредственно призывника, помимо вопросов о его здоровье и увлечениях, военкомат интересовался также вероисповеданием.
— Но больше всего нас удивил вопрос: «Является ли членом политической партии или молодежной организации, какое политическое движение привлекает?» Это что, должно как-то повлиять на процесс прохождения воинской службы? Или членам отдельных партий полагаются дополнительные занятия по идеологической и строевой подготовке? — недоумевают родители.
По словам собеседников, в целом анкета составлена так, словно никаких других вариантов в жизни, кроме как служба в армии, у ребенка вообще нет.
— Там даже пункт так звучит: «Отношение родителей к военной службе сына». Как будто уже все решено, — рассказывают родители. — Естественно, написали «отрицательное». А какое еще может быть отношение после всего этого?
Добро пожаловать в реальность!