Уже сейчас можно подвести кое-какие неутешительные выводы по поводу задержаний журналистов. И касаются они вовсе не того правового беспредела, который творится вокруг этой истории, а реакции нашего общества.
Фото Поля Барсона, 1x.com
Просматривая статистику прочтения материалов сайта, все чаще замечаешь, что интерес читателей к теме задержаний с каждым днем угасает. Люди словно смирились с этой новой реальностью, привыкли к ней.
Нет, нельзя сказать, что белорусов устроили объяснения правоохранительных органов и представителей власти, и они согласились, что Золотова и Коровенкова — преступницы века, воровавшие у БЕЛТА что-то очень ценное. Судя по реакции в соцсетях, большинство прекрасно понимает, что за этим стоит и осознает всю надуманность претензий к задержанным. Но одновременно в обществе чувствуется некоторое безразличие, апатия и даже безысходность. И это, похоже, то, чего как раз и добивались власти.
Конечно, сами журналисты очень активно поддерживают своих коллег: пишут, носят на Окрестина передачи, беспокоят международное сообщество. Но они не смогут ничего сделать, если общество будет молчать по этому поводу. Если белорусы очередной раз проглотят этот наезд на независимую журналистику, решат, что это не их война. Думаете, «дело БЕЛТА» вас лично не коснется? Ошибаетесь: оно ударит по каждому.
Так уже было. Когда еще в далеких 2000-х независимые газеты начали уничтожать, выкидывать из киосков и сажать журналистов, тогда тоже многим казалось, что это их лично не касается. Однако, позволив топтать независимую журналистику, белорусы вдруг сами неожиданно оказались бесправными и безмолвными. Последствия того безразличия общество очень хорошо прочувствовало на себе сегодня.
Но независимые СМИ выстояли и не сломились. Они плакали с матерями, потерявшими детей в армии, и тем самым заставляли плакать остальных и менять ситуацию. Они сидели на сутках за чужие акции только потому, что считали своим долгом освещать события, которые государственные СМИ в упор не замечали. Они подставляли свои головы под милицейские дубинки, идя в колоннах так называемых тунеядцев, и таки смогли изменить ход событий.
Все эти годы они были с теми, кто нуждался в поддержке и потерял веру защитить себя с помощью закона. Сейчас эта поддержка нужна самим журналистам. Промолчать сегодня — значит отказаться от своего права когда-либо быть услышанным. Власть слышит голос общества (как бы ни пытались убедить нас в обратном), но только тогда, когда он действительно звучит.
И еще одна вещь. Помимо безразличия и апатии важнее всего побороть в себе чувство безысходности и страха. Мы не боимся. И не потому, что нам нечего терять, а потому что, промолчав, в будущем потеряешь значительно больше.
Добро пожаловать в реальность!