В гомельских магазинах воскрешают колбасу

Аппетитная, пахнущая копченым ароматом колбаска, свежий сыр и серебристая рыба, так и просятся с витрины в покупательскую корзинку. Но всегда ли за манящей упаковкой скрывается такая же свежая начинка? Судя по проверкам торговой инспекции, грешат этим гомельские магазины. А если инспекторов вокруг пальца не обведешь, то покупателей — можно попробовать. Как? Об этом рассказала бывшая работница одного из гомельских магазинов.

Ольга (имя изменено) работала в одном из магазинов торговой сети города оператором. Работа, по сути, не пыльная, этакий посредник между поставщиками и витринами. Получай накладные, устанавливай цены, надбавки и отправляй их на кассы, а товар — «на зал». Но эта должность официальная. Кроме основных обязанностей приходилось выполнять и ряд других. Особенно — когда в магазине появлялся просроченный товар.

— «Просрочка» — это отдельная большая глава нашей работы. По сути, ее возникновение — это вина заведующей магазином, которая должна регулировать объемы заказов, исходя из покупательского интереса, — рассуждает Ольга. — Тут, как говорится, не угадаешь. Но причины, возможно, кроются и в неопытности продавцов.

— У нас в магазине новички, вместо положенных нескольких месяцев стажировки, учились пару дней. Каждый рабочий день они были обязаны начинать с проверки витрин: товар, срок годности которого подходит к завершению, выставлять поближе к глазу покупателя, совсем просроченный — убирать на склад. Замешкавшись по неопытности, могли и не делать этого.

Товар с истекшим сроком годности по правилам возвращается поставщикам. Но некоторые из них не практикуют такое. И тогда наступает самый интересный момент.

— Мы часто садились и перебивали сроки годности. Стираешь старые и наклеиваешь новые даты. Но самое яркое и отвратительное воспоминание — это то, как мы мыли желтую, покрытую скользкой пленкой испорченную рыбу. Нужно было «отполировать» ее до серебристого цвета. Затем она замораживалась и выставлялась на витрины.

Срок годности сыров после фасовки — 12 часов. Если за это время продукт не продавался — не беда, дата фасовки ставилась нужная.

Если в магазине есть собственное производство — это настоящее спасение. Старый фарш, сморщенные от долгой жизни старушки-¬сосиски — первые продукты для аппетитных пирожков, котлет в тесте и беляшей.

С колбасой процесс был еще «элегантней». Покрытую белым налетом, ее работящие сотрудники вытирали, «смачно» начищали до блеска подсолнечным маслом или окунали в жидкий дым. Вуаля!

То, что и на витрины по сроку годности не выложишь, цифры не сотрешь и поставщику не отдашь, вынуждали покупать самих сотрудников магазина.

— Очень много мы забирали «молочки»: творожки, йогурты, сливки. Многое из этого, — говорит Ольга, – можно было даже еще и кушать. Отказываешься — попадаешь в немилость руководства. Как вариант — в форме понижающего коэффициента к зарплате или отсутствие премии в расчетном листке.

Карикатура с увесистой женщиной-¬продавцом, которая глядя в глаза худощавому покупателю, рядом с палкой колбасы на чашу весов укладывает свой мощный локоть — вполне может претендовать на реальность.

— Наши продавцы иногда для «привесу» осторожно клали на весы ложечку, — говорит Ольга.

Покупателю мелочь — продавцу приятно. Раз копейка, два копейка — будет рубль.

— Пакеты разного размера, которые продавец предлагает на кассе, продаются по одной — большей цене. Если от одного поставщика огурцы пришли, например, по 22 тысячи, а от другого – по 29, штрих-¬код кассиру подается на большую цену. То же самое, например, и с сырами от разных молочных комбинатов. Разница — на перекрытие убытков магазина.

Минусы, которые обнаруживал торговый объект по результатам каждого из переучетов — это минус к зарплате каждого из материально ответственных сотрудников магазина. А это все, кроме уборщицы.

— Убытки магазина делились между всеми и вычитывались из, и без того минимальной в рамках общереспубликанской, зарплаты, — говорит собеседница.

Ольга рассказала, как компания из нескольких кассирш, что потом доказали камеры видеонаблюдения, ухитрилась вынести из магазина товара на 20 (!) миллионов рублей. Тогда дело решили не выносить за стены торгового объекта, а убытки поделили на всех работников. Но для некоторых 8 миллионов рублей за причиненный магазину ущерб, по данным Ольги, это мелочи: они выносили и на большие суммы.

Что касается покупателей-¬воришек, то среди них есть известные «завсегдатаи», которые уже на входе в магазин находятся под пристальным вниманием охранников. И дело здесь далеко не во внешнем виде. Даже скромные «бабушки-¬божьи одуванчики» потиху--помаленьку выносили партиями творог из магазина.

gomelmedia.by