Почему моральный облик сотрудников милиции так низко пал?

Один сотрудник милиции 9 лет сексуально утешался с малолетней падчерицей. Второй отправил на тот свет двух человек, сев за руль пьяным. Третий промышлял марихуаной. Четвертый… Почему подобные сообщения уже перестали удивлять общественность?

Я не обладаю полной статистикой совершенных сотрудниками милиции преступлений, но кое-что вижу и могу еще пока анализировать. И выводы с этого анализа, увы, получаются неутешительными.

Если понаблюдать за динамикой выявления преступлений среди сотрудников милиции, то их становится меньше. Незначительно, навскидку процентов на 25 за последние пять лет. Сыграли свою роль и закон по борьбе с коррупцией и довольно жесткие меры, которые принимают в отношении «оборотней в погонах» правительство, президент и другие правоохранительные органы.

В борьбе с коррупцией, возможно, мы кое-что и выиграли, хотя уменьшение количества выявленных коррупционных преступлений среди сотрудников милиции вовсе не говорит о том, что их стало меньше. Просто появилось очень много достаточно безопасных схем получения денег с клиентов, в результате чего взяточничество стало более латентным, чем было ранее. Но уж точно, что мы потеряли за последние пять лет, так это моральный облик сотрудника милиции.

В свое время министр внутренних дел Владимир Наумов издал приказ, обязав всех сотрудников органов внутренних дел быть вежливыми. Приказ этот появился совершенно не случайно, а стал реакцией министра, на начавшееся моральное разложение сотрудников милиции. Я сейчас не говорю о всех милиционерах скопом.

Среди них сегодня, как и раньше, много порядочных и преданных делу людей. Им и сейчас не нужны никакие приказы, чтобы быть вежливыми, и раньше не нужны были. Но зато стало значительно больше таких, которых я не могу назвать иначе, чем моральными уродами. И таким уже никакие приказы не помогут, хоть десятками их выдавай каждый месяц. А моральный урод наделенный еще и властью – это страшный человек.

Если в обычной среде такие люди стараются сдержать свои уродские порывы хотя из чувства страха, то во власти они дают своим низменным желаниям выход, поскольку причастность к власти дает им ощущение собственной значимости и превосходства над другими. Именно поэтому так важно не только вести жесткий отбор тех, кто наделяется милицейскими погонами, а с ними и властью, но и вести их правильное моральное воспитание. Не приказами, конечно. И вот тут у нас серьезная проблема.

Как правило, в Академию МВД или школу милиции попадают еще не до конца сформировавшиеся личности. Бывшие школьники, которые еще ничего не видели в жизни, и которые еще и сами в большинстве своем не понимают, чего хотят, поступают в Академию МВД или в школу милиции потому что знакомые посоветовали, потому что здесь конкурс ниже, чтобы в армии не служить и еще Бог знают почему. Но в анкете они все напишут «хочу бороться с преступностью», потому что уже знают, что нужно писать.

Но все же все эти вчерашние школьники находятся в самом начале своего жизненного пути, и именно в первые годы службы в органах внутренних дел у них окончательно формируются жизненные ценности. И вот тут очень важно не только чем и как их учат, но и какой пример показывают. Даже важнее именно примеры, поскольку если десять раз сказать, как правильно поступить в той или иной ситуации, а потом один раз сделать совсем по-другому, то именно последний опыт и переймет курсант. На мой взгляд, в этом и кроется причина морального разложения белорусской милиции. Молодым милиционерам с первых дней службы на практических примерах демонстрируют, что люди ничто, а власть все. И не важно, как происходит эта демонстрация, на оппозиционных митингов во время выборов, при разбирательстве какого-то дела или просто в процессе обыденных дней службы. Результат будет один.

Помню, мы предложили МВД участие в одном проекте. Представители ведомства при солидных погонах оценили проект и констатировали, что для людей польза будет несомненная. Тем не менее, они отказались от участия на том основании, что не видят пользы для МВД. Я тогда еще подумал, если высокопоставленные чиновники МВД из центрального аппарата не понимают, на кого они работают и о чьей пользе должны в первую очередь заботиться, то что можно говорить о других.

Нам, все нам, нам любимым – этот принцип применяется в МВД повсеместно. И, как я сказал, не важно чем занимается милиционер: разгоняет дубинкой участников акции, лжесвидетельствует в суде, «рубит палочки» или штрафы – все это делает не ради людей. В большинстве своем - ради власти, к которой и он сам принадлежит.

И вот, совершенно не думая о людях, старший оперативный дежурный ООДС УВД Витебского облисполкома майор милиции А. садится за руль АУДИ пьяным, выезжает на встречную полосу движения и сталкивается с Волгой. Результат – водитель и пассажир Волги отправляются в могилу, а пьяный майор и еще одна пассажирка Волги – в больницу.

Опять же не думая о людях, а в данном случае о конкретном человеке участковый инспектор, капитан милиции Брестского РОВД К. в помещении опорного пункта г.п. Домачево, избивает рабочего указанного поселка.

Участковый Пинского РОВД, майор милиции, отправляется на незаконную охоту. Когда его за разделкой убитой самки лося застает егерь, майор, не задумываясь о человеке, едва ль не бросается на него с ножом, угрожая разделать, как и несчастное животное, если его попытаются задержать.

Не думая о том, что он ломает психику, а с ней и судьбу маленькой девочки прапорщик столичной милиции удовлетворяет свои сексуальные потребности.

В Слуцке прапорщик милиции сам подсел на марихуану и начал ее распространять среди знакомых.

Это только последние случаи. Они все совершенно разные, но в основе их лежит одна причина. И она для меня совершенно очевидна. Это та же причина, которой руководствовались и представители МВД, которые не приняли пользу для людей без пользы для себя. Это эгоизм в чистом виде. Поэтому пока ведомство, которое должно служить обществу и состоять на 95% из альтруистов, будет комплектоваться эгоистами, его моральное разложение будет лишь прогрессировать.