"Листопад": на национальный конкурс не подано ни одного фильма о войне

4 ноября в Минске стартует ХХІІІ международный кинофестиваль "Листопад". Насколько форум выполнит замыслы в условиях "сложного года", как отбираются фильмы на национальный конкурс, о чём сейчас снимают молодые отечественные режиссёры и как развивать белорусский кинорынок, в студии Еврорадио рассуждают директор программ игрового кино "Листопада" Игорь Сукманов и режиссёр Андрей Курейчик.

Интересные цитаты Игоря Сукманова:

"Листопад" никогда не ставил цель сравниться с Каннами, Венецией. Это абсолютно другая весовая категория и абсолютно другая история, которая не имеет отношения к понятию международного кинофестиваля.

Чтобы привлечь спонсоров, нужно иметь привлекательный сегмент кино. Его, к сожалению, на сегодняшний день у нас нет.

Наша задача, чтобы на нашей территории к кино было более серьёзное и профессиональное отношение.

От фестиваля ждут приезда очень большой звезды. Ну, конечно, это хорошо. Но, чем тратить деньги на эти перья и лоск, лучше потратить их на сильных и важных профессионалов, от которых зависит кинематографический процесс. Это те теневые кардиналы.

В этом году на национальный конкурс не подано ни одного фильма о войне.

Белорусские режиссёры стали говорить о самих себе, о том мире, в котором мы живём, как мы его чувствуем и воспринимаем. По этим картинам мы имеем возможность понимать, чем живёт нынешний белорус, средний возраст которого 20-30 лет.

Никаких рекомендаций по поводу того, как нужно снимать фильм, чтобы он попал в национальный конкурс "Листопада", я давать не буду. Режиссёры должны быть свободными, должны быть личностями и они должны отстаивать свои позиции через искусство и свои произведения.
Игорь Сукманов

Цікавыя цытаты Андрэя Курэйчыка:

Мая мэта — здымаць хаця б адзін паўнаметражны, цалкам беларускі фільм у год і пракатваць яго ў кінатэатрах.

Я не магу быць, як Галівуд, з бюджэтам у тысячу разоў меншым, чым у Галівуда. Я не магу быць нават расійскай кінаіндустрыяй, бо ў іх зоркі, якія ўвесь час у тэлевізары, а ў мяне гэтых зорак няма.

Я разумею, калі фільму прысвойваюць ўзроставы цэнз “18+”. Але калі адбываецца поўная забарона фільма на нейкай тэрыторыі, у свеце, дзе ёсць інтэрнет, усе разумеюць, што гэта проста варварскі акт. Гэта не мае сэнсу.

Гісторыя з забаронай “Хранатопа” падагрэла да яго інтарэс. Цяпер яго паглядзіць яшчэ больш людзей. І дзякуй за гэта міністэрству культуры: яно ўмее рэкламаваць, мы ведаем.

Калі беларускае кіно будзе ў кінатэатрах, я скажу, што ўсё ідзе ў правільным накірунку.

Фестывалі — гэта фуршэт: ёсць дарагія фуршэты, танныя фуршэты, а ясі ты кожны дзень.

Для мяне самы каштоўны паказчык, калі беларускі глядач пайшоў на беларускае кіно не ў межах нейкай падзеі, а проста прыйшоў у кінатэатр і купіў на яго квіток. Усё.