Обозреватель интернет-издания «Белрынок» Татьяна Манёнок считает, что, несмотря на заявления Лукашенко, переговоры о поставках и цене российской нефти «только начинаются», объясняет, почему российские нефтяные компании не идут на компромиссы, и дает ответ на вечный вопрос, почему же Беларусь привязана именно к российской нефти, пишет www.svaboda.org.
- Ситуация с поставками российской нефти в Беларусь якобы немного успокоилась, на это время белорусские нефтеперерабатывающие заводы частично загружены сырьем. Но означает ли это стратегическое решение проблемы, или конфликт может разгореться с новой силой в любой момент?
- История только начинается. Договор есть только с одной частной компанией, принадлежащей Гуцериеву. И обещанных поставок нефти пока очень немного, 650 тысяч тонн на январь, это примерно около 40 процентов от полной загрузки заводов. Исходя из 24 миллионов тонн, которые они должны переработать в этом году, это совсем мало. Переговоры с основными поставщиками нефти в Беларусь не завершились.
- Как могут закончиться эти переговоры? Или каждая российская нефтяная компания отстаивает свою конкретный материальный интерес, есть ли какая-то общая политическая линия, которая предрасполагает их к уступкам?
- 20 декабря Лукашенко после переговоров с Путиным в Санкт-Петербурге говорил, что президенты нашли развязки этого нефтяного вопроса. Якобы даны определенные указания нефтяным компаниям пересмотреть формулу образования цены на поставки нефти в Беларусь, прежде всего это касается премии для основных компаний, поставщиков нефти.
Но, как видим, это якобы общее решение президентов никак не подействовало на нефтяные компании. Они заняли консолидированную позицию, они считают, что это рыночная формула, по которой поставляется нефть в Беларусь, и пока не идут на компромиссы. Я полагаю, что если эта ситуация затянется, то снова потребуется вмешательство президентов.
Ведь это проблема не для российских компаний, это проблема для Беларуси. Наши нефтеперерабатывающие заводы могут искать альтернативу, но сегодня, на фоне того, что цена на нефть на мировых рынках повысилась, сложно предположить, что довольно скоро удастся найти дешевую альтернативу. Пока заводы работают на минимальной загрузке.
- Как можно объяснить это противоречие - если руководители России и Беларуси публично объявляют, что они договорились, а нефтяные компании смотрят на это совсем по-другому, фактически это игнорируют? Неужели эти компании настолько самостоятельны, что могут игнорировать «приказ» президентов? Или они просто играют в одну игру вместе с руководством России?
- Российские нефтяные компании сегодня монополисты в поставках нефти на белорусские заводы, а с монополистами всегда трудно вести переговоры. Сегодня не проблема поставить нефть на рынки более премиальные, чем белорусский. (Хотя и в Беларусь они довольно выгодно для себя продают нефть, это рыночная формула - цена минус транспортные расходы плюс премия, которая составляет около 10 долларов за тонну.) Беларусь зависима от поставок российской нефти, и поэтому я понимаю, что Минск в этой ситуации будет искать определенные компромиссы. Не имея альтернативы, довольно трудно победить в торге.
Напомню, что Беларусь не первый раз настаивает на том, чтобы снизить эту премию продавца. Тем более здесь есть аргументы, ведь качество российской нефти в последнее время значительно ухудшилось. Легкая нефть поставляется в Китай. Поскольку очень много серы в российской нефти, это будет требовать дополнительных вложений, чтобы ее перерабатывать.
- Вся эта история вновь остро поставила вопрос об альтернативе российской нефти - вопрос, к которому Беларусь уже обращалась не раз в прошлом. Но есть такое впечатление, что каждый раз поиски альтернативы Беларусь использовала исключительно как аргумент и рычаг в спорах с Россией. Нынешний кризис может заставить Минск всерьез заняться поиском альтернативных вариантов доставки нефти в Беларусь?
- Проблемы нет в том, чтобы привлечь альтернативную нефть на белорусские нефтеперерабатывающие заводы. Логистика уже частично отработана - и через порты стран Балтии, и через Украину, Одесса - Броды. Проблема в том, насколько материально эффективной будет переработка этой нефти. После иранских событий нефть стоит 68 долларов за баррель.
Чтобы иметь серьезную альтернативу, нужно организовать поставки по трубе. Или через Польшу, или через Украину, Одесса - Броды. Трубы есть в направлении Беларуси, Реверс нужно подключать. Однако белорусская сторона должна заявить, что она гарантирует закупку определенных объемов. Украинский оператор говорит, что нужно 4-5 миллионов тонн, чтобы поставки по трубе были рентабельные.
В результате сегодня, в любом случае, российская нефть дешевле за любую альтернативу. В прошлом году ее стоимость составляла 80 процентов от мировой цены, в этом году, учитывая влияние налогового маневра, это уже 83 процента. В 2024 году, когда завершится налоговый маневр, это будет 100 процентов. Вот тогда альтернатива будет более реальной.
Можно понять аргументы белорусской стороны. Минск потерял «ператаможку», и цена нефти в связи с эффектом налогового маневра повысилась на 20 долларов за тонну. Суммарные потери Беларуси от этого «налогового маневра», как подсчитал Белнефтехим, составляют 5,8 миллиарда долларов. И если российским компаниям эти потери компенсируются из государственного бюджета, то в Беларуси таких возможностей нет. Поэтому Минску очень важно выторговать хотя бы скидку за счет устранения премии при поставках российской нефти.
- Вы говорили о несовершенном качестве российской нефти по сравнению с другими. Но почему для белорусских заводов до сих пор именно российская нефть основная? По-видимому, здесь есть и технологическая привязка?
- Да, технологически белорусские нефтеперерабатывающие заводы завязаны на российскую нефть Urals. Сейчас они завершают свои ключевые этапы модернизации, и в 2020 году они смогут серьезно повысить уровень выработки светлых нефтепродуктов и возможности переработки различных сортов нефти. Оборудование уже есть, но последняя точка в этой модернизации еще не поставлена.
К тому же логистика поставок альтернативной нефти окончательно не отработана. Надо понимать, что в перспективе, если цена российской нефти будет приближаться до всемирной, - то и на внутреннем рынке будет очень сложно удерживать цены на нефтепродукты. Да и экспортировать такие же объемы нефтепродуктов будет очень сложно. Очень сомнительно, что объемы переработки на этих двух заводах останутся те же - 24 миллиона тонн.
Добро пожаловать в реальность!