Всё хорошо, только потерпите

В 2011г. нам объясняли, что трудности временные. Просто не хватило валюты, поскольку население слишком бодро кинулось скупать западные автомобили. С окончанием автобума ситуация, по мнению властей, должна была нормализоваться, вернуться «по пятьсот» и, в соответствии с решениями Всебелорусского собрания, экономика и уровень жизни населения должны были снова расти. Но с тех пор они только падали. Рос, и быстро, только внешний долг.

В 2012-13гг. власть, хаотически мечась, пыталась наскрести валюты, чтобы закрыть дефицит сальдо текущего счета и одновременно удержать приемлемый для населения курс доллара. У предприятий выкручивали руки, выбивая увеличение объемов производства и поставок на экспорт. Одновременно через «жесткую кредитно-денежную политику от Ермаковой» сжали денежную массу, чтобы не допустить роста курса доллара. Населению в качестве бонуса предложили дурацкие ставки по депозитам. Предприятия нарастили остатки на складах и дебиторскую задолженность: неподготовленные рынки принять дополнительные объемы оказались не готовы. Тем более что на наших основных рынках спрос стагнировал и начали проявляться признаки рецессии. Необоснованно дешевый доллар угнетал экспорт и стимулировал импорт. Росла импортоемкость нашей продукции. Внешний долг продолжал расти, поскольку такая политика требовала значительных расходов.

В 2014-15гг. власть окончательно махнула рукой на экономику, стараясь лишь сохранить лицо перед выборами и не особенно раздражать потенциальных кредиторов. Которые, как МВФ, так и ЕАБР, глядя на разваливающуюся экономику страны, выдвигали все новые требования к ее экономической политике.

Тем не менее нам объясняли, что «белорусская модель» - замечательная. Особо лично преданные товарищи даже предлагали выдвинуть президента на Нобелевскую премию по экономике. Но только сама наша экономика в прокрустовом ложе этой модели хирела просто на глазах.

Практически все эксперты рекомендовали для нашей экономики срочные структурные реформы. Правда, расходясь во взглядах, какие именно реформы нужны. Однако власть впала в ступор. Как «буриданов осел», не решаясь выбрать, как реформировать.

И причина очевидна. Один из крупнейших экономистов Запада Нуриел Рубини сформулировал ее так: «Для повышения потенциала роста необходимы структурные реформы. Но такие реформы происходят при субоптимальных ставках как в развитых, так и в развивающихся странах, поскольку все расходы и изменения делаются сейчас, в то время как выгоды приходят в средне- и долгосрочной перспективе. Учитывая сроки затрат и выгод, такие меры являются особенно непопулярными, если экономика уже находится в кризисе. Это дает противникам реформы политические преимущества».

Как-то я уже писал, что сладкие лекарства для нашей экономики уже закончились. Остались только горькие. И чем дальше откладывается выбор вариантов и начало реформ, тем больше их социальная цена. Именно нежелание выставить социальную цену, которую придется платить обществу за годы поддержания нашей властью отжившей «белорусской модели», и препятствует ей хоть как-то начать реформы. Политические резоны у нее явно превалируют над экономическими.

А цена может быть уже очень велика. Взять, к примеру, проблему сокращения непомерно раздутого госаппарата. А что он раздут - недавно доказал президенту г-н Шапиро. Но, поскольку заводоуправления (и не только) и без того требуют срочного сокращения, трудоустройство сокращаемых госслужащих, с их квалификацией, очень проблематично.

С другой стороны, не секрет, что в значительной степени наши предприятия оснащены на уровне конца 70-х. Их модернизация до конкурентоспособного уровня приведет к очень значительному сокращению рабочих мест. По опыту модернизации других стран (Балтия, которая экспортировала 10% населения, Испания, Греция, где кризис выявил 20% лишней рабочей силы) у нас общее сокращение рабочих мест может составить до 20%, или около 1 млн. человек. В начале 90-х сокращаемая численность на предприятиях была абсорбирована сферой услуг. Сегодня - и там перенакопление капитала. И Россия не может сегодня принять много работников.

Вторым тормозом, препятствующим реформам, является выбор их варианта. Наши чиновники вовсю пытаются подменить структурные реформы (которые не то что проводить, они не знают, как и готовить) массовой приватизацией. Которая в условиях мирового кризиса перепроизводства и проблем у России может быть только сильно льготной и очень номенклатурной. Понятно, что те, кто ее будут проводить, смогут ее плодами и попользоваться. Только пользы стране это не принесет: сегодня частный бизнес сокращает объемы и рабочие места еще быстрее, чем госсектор (за прошлый год - более 55 тыс. рабочих мест). Но ведь и других вариантов структурных реформ никто не готовит.

Так что наш президент просит население «перетерпеть»? Деградацию экономики страны в рамках «белорусской модели» до необратимого уровня Гондураса? Или номенклатурную приватизацию под этикеткой «структурные реформы»? А если действительно необходимые структурные реформы, то какие? На какой результат и в какие сроки? Надеюсь, на Всебелорусском собрании мы это услышим.