Судороги в копытах

«Диверсификация рынков», «многовекторная политика», «стратегическое партнерство», «новый шелковый путь», «из варяг в греки через Огинский канал», «ось Москва - Минск - Пекин» и еще много других заклинаний с упоминанием Каракаса и Эр-Рияда долгие годы совершенно легко растворялись в сознании и вполне успешно вписывались в концепцию государства, не заглядывающего далеко вперед и стремящегося вернуться в СССР на недорогом «фольксвагене» с дизельным двигателем прямо через распахнутые двери американского ресторана быстрого питания.

Еще несколько лет назад это выглядело хитрой комбинацией и преподносилось под соусом очень выверенной внешней политики. Временами даже казалось, что благодаря природным инстинктам, политической интуиции и еще черт знает чему Беларусь действительно занимает особенное место в мире.

И пусть даже все манипуляции с венесуэльской нефтью, китайскими инвестициями, иранскими автомобилями и таможенными фокусами на границах с Россией вызывали много скепсиса, но это не всегда выглядело случайностью или откровенной глупостью. Даже среди тех, кто понимал, что это всего лишь реинкарнация «Черноморского отделения Арбатовской конторы по заготовке рогов и копыт», многие были вынуждены порой признавать, что такие ловкости на международной арене - дело выгодное и перспективное.

Незатейливые удары копытцем позволяли чувствовать себя вполне золотой антилопой и никакого особого смысла в смещении акцентов не возникало. Время от времени тем же копытом можно было лягнуть кого-нибудь из пессимистов внутри страны или отбрыкнуться от чересчур назойливых зарубежных советчиков.

Но благополучное расположение духа быстро растворилось и на поверку оказалось, что в метаниях между Востоком и Западом, между Москвой и Пекином, между силой и процветанием старые рога, если и были, то совсем отвалились. И навсегда затерялись вместе с мечтами о равноправном союзном государстве с наследным троном, с надеждами на призовые места в мировом хоккее, с грезами об исторической встрече в Минске Римского папы с Московским патриархом.

Какое-то время можно, конечно, пенять на мировое закулисье, происки империалистов, всеобщие планетарные тягости и даже на парниковые эффекты от глобального потепления, которые сказываются на отечественной промышленности и ведут к падению спроса на витебские ковры и кинескопы. Если продолжать постукивать при этом притупившимся копытом хотя бы по асфальту, то какое-то время можно выдавать высекающиеся искры за осколки золота.

Можно придумать еще много новых налогов и на любой ажиотаж по поводу повышения коммуналки молниеносно реагировать ради смягчения негодования вбросами про ограничения на китайские посылки. Можно до конца жизни продлить запрет на слово «девальвация» и продолжать девальвировать рубль. Можно даже будущую деноминацию провести с новым коэффициентом в 30 тыс. Можно еще много раз съездить на курорт в Сочи, широко улыбнуться Брюсселю, найти себе новых смуглых, узкоглазых или темнокожих братьев. Только это все равно не способно устранить течь на корабле, у которого уже нет парусов и на ходу разваливается палуба.

Когда у людей при встрече с вами подергивается глаз, то это может быть всего лишь нервным тиком. Если человека внезапно охватила гримаса боли, то это может быть обыкновенная судорога, избавление от которой происходит резко и быстро. Но если вы наблюдаете, как кто-то непроизвольно дергает конечностями в разных направлениях и беспорядочно бьет копытом себя в грудь, то это уже не кратковременный спазм, а серьезный симптом, парализующий важные функции организма. В некоторых случаях это уже конвульсии, не ведущие ни к чему, кроме летального исхода.