Каких уступок ждет Лукашенко от Путина?

Эксперты прогнозировали, что Владислава Баумгертнера отправят в Москву либо перед саммитами ЕврАзЭС и СНГ, либо вскоре после них. Вместо этого срок расследования уголовного дела в отношении Баумгертнера продлен на два месяца. Он остается под домашним арестом.

— Давать стопроцентные прогнозы о судьбе Баумгертнера — дело неблагодарное, поскольку между российским и белорусским руководством отношения определяются «по понятиям». Это не тот случай, когда работают правовые механизмы, точнее, они подгибаются под волю властителей, — отмечает политолог Александр Класковский. — Конечно, есть шансы, что Баумгертнер будет передан российской стороне, вряд ли его будут судить в Беларуси.

Но становится очевидным, что два официальных лидера так и не разрулили до конца эту ситуацию. Путин находится перед выбором: с одной стороны, не хочется портить отношения с Лукашенко, потому что надо подписывать документы о создании Евразийского союза, с другой — чем дольше затягивается пикантная ситуация с Баумгертнером, тем большими становятся для Путина имиджевые издержки. Существует риск, что на каком-то этапе Кремль станет говорить с более металлическими нотками в голосе или стукнет кулаком по столу. Но пока этот момент не наступил, и белорусская сторона пытается извлечь максимум из этой ситуации.

— Игра идет в более широком масштабе. Сейчас в Минске и Лукашенко, и Назарбаев убедились, что Путин уязвим. Он сейчас в слабой позиции, и оба упомянутых лидера подсыпали перцу на встрече в Минске 24 октября. Путин имел бледный вид и был вынужден, хоть и с оговорками, но обещать, что Москва пойдет на уступки.

Так что ситуацию с Баумгертнером надо рассматривать как элемент этой большой игры с целью выжать максимум уступок из Москвы.

— В калийной коллизии сверхзадача белорусской стороны — добиться смены владельца «Уралкалия», чтобы, по возможности, это был человек, лояльный к Лукашенко. Белорусский президент даже называл фамилию Гуцериева. Там есть и другие игроки, в частности, с белорусскими корнями. В любом случае, Лукашенко хотел бы, чтобы ненавистный ему Керимов отошел от дел, и тогда, по планам белорусской стороны, будет проще вернуться к совместным продажам удобрений, хотя это не так просто. Даже если сменится владелец, вряд ли Путин будет так уже напрямую диктовать условия ведения бизнеса. Все-таки в России бизнес более самостоятельный, чем в Беларуси. Гарантий возврата для Минска благоприятного статус-кво нет.

Более масштабные и серьезные надежды белорусская сторона возлагает на реанимацию нефтяного оффшора в несколько новой форме – чтобы Россия сняла экспортные пошлины на нефтепродукты из российской нефти, которые Беларусь экспортирует за пределы Таможенного союза. Известна сумма – 4 миллиарда долларов в год, и это было бы очень кстати для Лукашенко в преддверии выборов 2015 года в сложившейся весьма сложной экономической ситуации. Тут разложен целый пасьянс, и Баумгертнер – только одна карта этого пасьянса.