6 сентября началось заполнение газом первой нитки российского газопровода "Северного потока". Скажется ли это на белорусско-российских переговорах по «газовому вопросу? Об этом корреспондент беседует с экономистом Львом МАРГОЛИНЫМ.
Накануне на межрегиональной конференции "Единой России" в Череповце премьер-министр РФ Владимир Путин напомнил, что строительство первой нитки газопровода уже полностью закончено. "Завтра под Выборгом начнем пускать технологический газ", - сказал он, сообщает interfax.by. Затем в течение месяца газопровод будет готов к поставкам газа европейским потребителям - это состоится в конце октября - ноябре, сообщил премьер.
Газопровод "Северный поток" протяженностью 1224 км напрямую соединит Россию и Евросоюз через Балтийское море. На сегодня его проект включает в себя две нитки по 27,5 млрд кубометров - всего 55 млрд кубометров в год. Однако российское руководство не исключало вероятности прокладки следующих ниток магистрали. Магистраль предназначена для транспортировки не только новых контрактных объемов газа, но и переноса потоков с уже действующих маршрутов. Поставки газа в Чехию и Словакию поэтапно будут переводиться на маршрут "Северный поток" - OPAL через Германию вместо украинского транзита.
- Безусловно, открытие «Северного потока» косвенно скажется и на Беларуси, - говорит Лев Марголин. – Это все время будет своеобразным теневым моментом, который станет влиять на ход переговоров по «газовому вопросу». Самое главное, что Россия может сейчас в любой момент показать, что у Беларуси уже не осталось предметов давления на этих переговорах. Выбивает козыри. Если будет какое-то сопротивление, Москва всегда сможет сказать: «Это ваше право. У нас есть «Северный поток». Хотя понятно, что для России более выгодно экспортировать газ через белорусский участок транзита – это значительно дешевле.
- На ваш взгляд, будет ли продан «Белтрансгаз»?
- Безусловно, потому что наступил такой момент, что, если его не продать сейчас, то через год-два вообще он может быть вообще никому не нужен.
- Кроме «Белтрансгаза» Россия хотела бы купить и активы других белорусских предприятий…
- Вы знаете, а я не вижу большого желания у них что-то покупать, потому что, как показывает пример с МАЗом, россияне хотят быстрее приобрести имущество, не затрачивая на это деньги. Они продвигают создание разных холдингов и т.д. На мой взгляд, проблема значительно преувеличена в плане того, что Москва все хочет скупить.
- А что можете сказать насчет западных инвестиций в белорусскую экономику?
- Западные инвестиции в нынешних условиях однозначно не пойдут в той мере, как хотелось бы, потому что Западу нужна, во-первых, демократия. Инвесторы должны знать, что закон в стране, куда они вкладывают деньги, работает. Во-вторых, должна быть независимая судебная система, которая могла бы защитить инвесторов. В иных условиях идут только спекулятивные инвестиции. Крупные инвесторы, с новыми технологиями – не пойдут.
- А что, на ваш взгляд, белорусская сторона может предложить на продажу еще кроме «Белтрансгаза»?
- Думаю, что готовы продать все, но вопрос в цене. Белорусская власть хорошо понимает, что продать можно всего один раз. Поэтому понятно, что будет до последнего торговаться. Как это получится? Это покажет время.
- Можно ли Беларуси в ближайшее время рассчитывать на кредит от Международного валютного фонда?
- Теоретически можно. Но для этого белорусской стороне потребуется приложить много сил. Есть проблема с политзаключенными. Кроме того, МВФ научен горьким опытом по выдаче прошлого кредита Беларуси. Поэтому нужно сделать много шагов, чтобы получить кредит. Думаю, что этот вопрос будет решен в конце этого года или даже начале следующего. Все будет зависеть от политической воли белорусских властей.
- Но МВФ вроде не привязан к политике…
- С одной стороны – это так. Но с другой - политический фактор никак нельзя сбрасывать со счетов.
Александр САМУСЕВИЧ
Добро пожаловать в реальность!