Последнее время многие пишут о том, как дорогая нефть спасет экономику России. О том, что Владимир Путин пьет шампанское, потому что все свое проблемы он теперь сможет залить новенькими нефтедолларами. На самом деле, эти ожидания и опасения сильно преувеличены.
О том, что проблемы российской экономики не в ценах на нефть, а в самой российской экономике, которая за время войны растратила все накопленные в тучные годы резервы, - в новом выпуске программы «Оптимум» на Ютуб-канале «Белорусы и рынок».
Легендарное падение
За февраль ВВП России снизился на 1,8 процента по сравнению с прошлым годом. Российские вполне провластные экономисты говорят о том, что экономика находится в критическом состоянии. Из 28 отраслей российской промышленности в минусе оказались 22. Производство в металлургии рухнуло на 15 процентов, производство одежды и обуви - на 11.
Путин объяснил падение тем, что у него календарь не той системы. «Среди причин отрицательной динамики специалисты отмечают календарные, погодные, так называемые сезонные факторы. В январе текущего года на два дня рабочих было меньше, чем в прошлом году, в феврале – на один рабочий день меньше», - сказал он.
Но я что-то подозреваю, что не только погода во всем виновата. Что есть немножко и другие причины. По итогам 2025 года убыточными были треть российских компаний, больше 17 тысяч. К февралю этого года убыточными были уже 18 тысяч компаний. С начала года прибыли в российской экономике обвалились на 30 процентов. При этом российские власти отягощают положение, добивая малый и средний бизнес налогами и отключениями Интернета.
Глубины дна
Российская экономика сейчас находится в таком глубоком расстройстве, что это расстройство не зальешь деньгами от дорогой нефти. Российские власти, на самом деле, все время пытаются залить все проблемы деньгами.
Отсюда, собственно, происходят беды российского бюджета. В первом квартале этого года расходы бюджета выросли на 17 процентов по сравнению с прошлым. При таком росте расходов экономика должна была расти. А она все равно падает. Включая отрасли, которые работают на войну.
Потому что чем больше российские власти вкладывают денег, тем хуже эти деньги работают. Согласно расчетам академика российской академии наук Роберта Нигматулина, по эффективности инвестиций Россия заняла 51 место среди 53 трех стран. Беларусь в этом рейтинге, кстати, на 52-м.
Иран на одну позицию выше, чем Россия и на две позиции выше, чем мы, а ниже нас только Аргентина.
Это значит, что вкладывай ты деньги, не вкладывай – не поможет.
При этом на те задачи, которые собственно должен решать бюджет, в российском бюджете денег уже просто не хватает. По официальным оценкам, износ инфраструктуры российского ЖКХ составляет сейчас 50 процентов. Отсюда все эти массовые коммунальные аварии, которых в январе этого года было в два раза больше, чем год назад.
Знак беды
И эти проблемы уже отражаются на российских зарплатах и российском рынке труда. То есть формально безработица в России остается на исторических минимумах - чуть больше двух процентов.
Но реальная ситуация не такая радужная. Просто, вместо того, чтобы увольнять сотрудников, компании широко применяют практику частичной занятности. Которая в Беларуси тоже очень известна.
По данным российского Центробанка, на конец прошлого года количество работников, переведенных на сокращенный график либо временно отстраненных от работы по инициативе работодателя, составляло 1,6 миллиона человек. Больше было только во втором квартале 2020 года, когда Россия закрылась на карантин из-за ковида.
Поэтому если в прошлом году худшим сценарием для российской экономики считалась стагнация, то сейчас даже самые лояльные к власти экономисты говорят, что все будет гораздо хуже. «Мы идем к беде. К двузначному падению экономики», - резюмировал академик Нигматулин.
Добро пожаловать в реальность!