Профессор Университетского колледжа Лондона Владимир Пастухов — о возможном сценарии развития войны в Украине.
— В четырехлетней войне России против Украины есть несколько вех, которые лично я считаю значимыми, — пишет Пастухов. — Это, безусловно, провал блицкрига и эпическое отступление из-под Киева, давшее ощущение общей надежды на успех.
Затем были удачные контрнаступательные операции под Харьковом и Херсоном, создавшие иллюзию возможности быстрой победы. После – неудача летнего наступления на Южном фронте, открывшая эру войны на истощение.
За ними последовали два года бесконечных «мясных штурмов» на Донбассе, итогом которых стало принципиальное изменение самой природы этой войны, создание kill-zone с обеих сторон линии разделения и, по сути, вползание в патовую ситуацию на фронте.
С осени 2025 года, на мой взгляд, начался отсчет нового этапа, на котором мы сейчас и находимся. Война на истощение фронта превратилась в войну на истощение тыла.
Особенностью этого этапа является то, что обе стороны научились «готовить» друг друга на фронте, что практически исключает какие-либо сюрпризы непосредственно в зоне боевых действий, кроме рутинного кровавого тяни-толкай.
Центр тяжести войны был перенесен с ударов по войскам на удары по тыловой инфраструктуре в надежде подорвать экономическую и политическую способность противника вести войну.
При этом первые несколько месяцев это было почти одностороннее «избиение» украинской инфраструктуры, но ближе к концу зимы ситуация стала выравниваться — не в последнюю очередь за счет того, что Украина, опираясь на технологическую помощь Запада, смогла нарастить свой собственный арсенал разнообразных дальнобойных средств поражения, тихо сняв тем самым с повестки вопрос о поставке западных образцов.
Думаю, что и в этой фазе войны ситуация станет патовой после того, как Киев наладит выпуск собственной баллистики.
Из всего сказанного следует, что к концу весны возможности добиться решающего перевеса и на этом этапе войны будут исчерпаны, ситуация уравновесится, а сама война будет стремиться перейти в какую-то новую фазу.
Можно предположить, что если Трамп не решит грубо сыграть против Зеленского, то это будет фаза «последнего рывка», когда внимание с тыла снова переключится на фронт, где обе стороны попытаются в ходе летней кампании нанести тот решительный удар, который принесет им победу (в том специфическом понимании этого слова, которое оно приобрело в контексте этой войны).
Если какая-то из сторон окажется удачливой и завоюет «кубок» в ходе этой летней кампании, то это приведет к колоссальному геополитическому сдвигу в европейской политике, который заранее практически невозможно описать.
Но если и этот «тайм смерти» завершится вничью, то к концу года война окажется на той своей финальной черте, за которой она в одной из воюющих сторон заканчивается революцией и, как следствие, капитуляцией.
Вопрос лишь в том, будет ли эта капитуляция частичной, как в России в марте 1918 года, или полной, как в Германии в ноябре того же года.
Добро пожаловать в реальность!