В предыдущие кризисы, когда рубль в России падал, на одних АЗС появлялись колонки, закрученные шлангами, на других выстраивались очереди — нефтепродукты становилось выгодней экспортировать.
На сей раз дефицита топлива нет; возможно, и не будет. Потому что вывозить и сырую нефть, и продукты из нее почти уже некуда.
В ночь на 19 марта в аэропорту Красноярска приземлился Bombardier с регномером M-YOIL, на котором летает Игорь Сечин, в городе видели пронесшийся сначала в центр, спустя несколько часов обратно в аэропорт кортеж. О целях непланового визита официально не сообщается ничего, но уже и главные госСМИ России констатируют если не крах, то что-то близкое к тому: Китай начал отказываться от углеводородов «Роснефти» из-за санкций США. Китайская госкомпания Sinochem Group прямо указала в условиях прошедшего 16 марта конкурса на закупку нефти с поставкой в мае-июне, что «Роснефть» и ее дочки не могут участвовать в тендере. Этому предшествовал отказ Европы от российской нефти в пользу саудовской.
Помимо схлопывающихся рынков сбыта, у «Роснефти» наметились проблемы и в операционных планах внутри России. «Ведомости», больше других СМИ осведомленные о заботах Сечина, пишут, что обесценивание сырья не позволит «Роснефти» (а также «Газпром нефти») в текущем году воспользоваться налоговыми льготами на Ванкорском и Приобском месторождениях, бизнес лишится 120 млрд — вычетов из налога на добычу полезных ископаемых. При цене нефти выше базовой ($42,45 в 2020 году) компании получили бы фиксированный вычет в 60 млрд с Приобского месторождения с 2020 года с применением обратной силы закона (законопроект еще разрабатывается). Такой же суммы мог достичь запланированный вычет по Ванкору (и тоже льгота не применяется, если баррель опускается ниже базовой цены, — 12 марта Госдума одобрила этот законопроект в первом чтении).
Размеры этой льготы привязаны к тратам «Роснефти» на обустройство пропиаренного недавно нового нефтегазового кластера «Восток ойл» на красноярском Севере (Таймыр). В конце прошлого года эту структуру перевели из Москвы в Красноярск, а Сечин обещал президенту добычу арктическим кластером «Роснефти» до 100 млн тонн нефти к 2030 году. Кластер включает Лодочное, Сузунское, Тагульское, Пайяхское и другие месторождения; запасы пока не подтверждены. Затраты на реализацию этого арктического проекта могут составить до 10 триллионов рублей, говорил замминистра энергетики РФ Павел Сорокин. В сентябре глава «Роснефти» просил Путина ускорить выделение налоговых льгот в 2,6 трлн рублей для «Восток ойла».
Но при новой цене нефти и тем более с перспективой лишения финансовых льгот проект, очевидно, нерентабелен.
Ранее Павел Сорокин сообщал, что добыча здесь нефти с учетом всех налоговых льгот останется рентабельной при цене на нефть $35–40 за баррель.
Никаких хоть сколько-нибудь обнадеживающих решений на предполагаемой встрече Сечина с красноярским губернатором Александром Уссом не принято, в противном случае об этом бы тут же сообщили, как обо всех их предыдущих беседах, где пиарили «Восток ойл». Из Красноярска борт M-YOIL взял курс на Таймыр (Норильск).
Пока радует одно — перспектива избежать дефицита бензина.
Что касается других углеводородов, то понятно, «Силу Сибири» (пока качавший газ в Китай газопровод остановлен на профилактику) не развернут и самим сибирским городам газа в обозримом будущем так и не видать, а значит — продолжать жить под шапками смога.
Добро пожаловать в реальность!