И мальчики кровавые в глазах

Кто видел и слышал, тот не забудет. Не только слова, но еще и интонацию, еще и выражение, с которыми они были сказаны. Вчера. Путиным. На Госсовете в Кремле. Тему услужливо подсказал тульский губернатор Груздев: "Владимир Владимирович, я хотел спросить, какова судьба этого закона. Мне кажется, надо ставить точку".

Так про смертный приговор обычно...

Так, по сути, и есть — про "закон по детям-сиротам", уточнил Груздев.

И тогда Путин ответил: "Вы знаете, ведь в мире, наверное, много мест, где уровень жизни получше, чем у нас. Ну и чего, мы туда отправим всех детей? Может, и сами туда переедем?"

Вот это "ну и чего?!" особенно гулко прозвучало в кремлевском зале. А вот чего: понял ли президент, что сказал? Понял ли президент, что обращается к верхнему слою той самой элиты, что уже давно отправила своих детей туда, "где уровень жизни получше, чем у нас"... Той самой элиты, что практически "сама туда уже и переехала". Или ему не докладывали, сколько сотен тысяч российских избранных российских граждан имеют статус "резидентов" в одном только Лондоне? Им можно. Друзьям — все, остальным — закон. "Антимагнитский". Сиротам. С 1 января. Sic!

И вот президентский омбудсмен по правам ребенка — другими словами, детский защитник — Павел Астахов поспешил сегодня доложить, что 46 сирот, по которым уже приняты положительные решения по усыновлению в США и которые даже уже познакомились со своими потенциальными мамами и папами, навсегда останутся в России.

Знаете, почему? Потому что "русский народ..., большой народ, ощущая себя великим, он немножко по-другому относится к вещам подобного рода. Кажется, что наши ресурсы безграничны, а это не так..." Это Путин там же, в Кремле, объяснял. Видимо, только сейчас это обнаружил.

— А чего удивляться, у нас в России только так всегда, — сказал уже мне накануне известный думец Митрофанов. — Война ведь нам объявлена, нас оскорбили, а на войне как на войне.

— Что, дети — вперед? — уточняю.

— Да-а-а!

Президентский защитник детей Астахов рассказал, что тех 46 отказников, среди которых тяжелобольные малыши с синдромом Дауна, ДЦП, велено "под личную ответственность губернаторов устраивать в первую очередь". Я представляю такого тульского губера Груздева, который будет "устраивать" малыша со словами "взять и поставить точку". А завтра..., нет, послезавтра — уже забыть. Но сначала в Кремль доложить.

Можно по-другому. Как с котятами на Птичьем рынке: "Отдам в хорошие руки. Приплачу". 50 тыщ долларов, как Михаил Прохоров обещал. Деньги возьмут. А потом в той же корзинке, что с рынка унесли, где-нибудь оставят. Чтоб уж бесплатно подобрали. Дай бог, если живыми...

И тогда придется вспомнить Путину из "Бориса Годунова", если он читал в школе, вот это:

Как молотком стучит в ушах упрек,

И все тошнит, и голова кружится,

И мальчики кровавые в глазах...

И рад бежать, да некуда... ужасно!

Да, жалок тот, в ком совесть нечиста.

А картинки с Птичьего — мерзость. Но все знают, что так и будет. Потому что насильно, по разнарядке, детей не пристраивают. Тем более в стране, которую ее лидер велит считать великой.

Кстати, не ждать ли нам скоро и указа на сей счет? Надеюсь, президент по школьной программе проходил.

Аркадий Дубнов