Образ врага

В воскресенье у меня будет ответственный и уже заранее понятно, что непростой день. Иду наблюдателем на участок, где в декабре, как говорят, было «интересно».

Уже составил список необходимых вещей. Почти чемодан набирается. От сменной обуви (потому что с семи утра и «до последнего клиента» в зимних ботинках в помещении одуреешь) до ксерокса паспорта (на инструктаже для наблюдателей пояснили, что по некоторым причинам это нужно сделать). Плюс двойные экземпляры законов, инструкций, памяток, всех какие есть удостоверений, разрешений и предписаний.

Пройдя обучение, изучив все нюансы законодательства, все подводные камни избирательной практики, ознакомившись с конкретными примерами обмана, «чудачеств» избиркомов и прочими полезными деталями, поймал себя на мысли, что готовлюсь практически к забросу в тыл врага. Это чувство нельзя назвать приятным. Процедура, которой придается высокий, гражданский смысл, превращается в глобальные «наперстки», причем рискует не напёрсточник, а наблюдатель. Потому что с куда большей вероятностью именно я буду иметь неприятности с полицией и судом, чем потенциальные фальсификаторы.

Всё так. Но кто они? Кто эти страшные люди, которые спят и видят, как бы смухлевать с подписями в списках избирателей, устроить «карусель», сжульничать с открепительными талонами, засунуть пачку «бюллетеней» с нужными им галочками и так далее и тому подобное? Елки-пакли, да это же учителя! Не везде, конечно. Но сами посмотрите, где в массе своей проходит голосование. В школах, в институтах. И члены комиссий – это учителя. Председатели комиссий – директора школ. А в вышестоящих комиссиях – люди из райотделов образования. То есть я собираюсь на войну с учителями?! Получается, что так.

С теми людьми, которые учат наших детей. Людьми, занимающими в тандеме «семья и школа» далеко не второстепенное место. С теми, кто должен научить множеству важнейших вещей будущих граждан страны. В школе закладываются основы основ. И выходит так, что люди, на которых лежит такая колоссальная ответственность, в параллельной жизни являются боевым отрядом жулья? Не все, конечно. Я даже верю, что таких меньшинство. Но по факту обман глобальный на практике складывается из конкретного обмана конкретных людей, которые своим руками впихивают бюллетени, подделывают протоколы, переписывают цифры.

Это ужасно противно. Но в этом есть свой особый символизм. Устройство нашего общество таково, что высокий образ Учителя низведен до мелкого воришки. А педагог превратился во врага.

Мне очень хочется надеяться на то, что в воскресенье у меня будет не так много работы и не так много гадких моментов. Хочется думать о людях лучше. Я не люблю, когда на моих глазах человек опускается. Мне стыдно за него, мне неловко это видеть. Хватать кого-то за руку, ловить на враках… Черт знает, до чего мы дошли.