Политический аналитик Артем Шрайбман в новом выпуске Часики тикают — о перспективах переговоров Минска с Западом.
— Лукашенко напоминает, что с ним надо говорить. Возможно, обсуждать снятие санкций. Освобождение Зенковича через пару месяцев после освобождения американцев — это более-менее явный сигнал, что переговоры с Америкой за кулисами идут, — приводит слова Артема Шрайбмана Салідарнасць. — Поэтому я жду продолжения.
Не знаю, дойдут ли до сделки по обмену значимого числа политзаключенных на отмену санкций США, о чем писали в феврале, но думаю, шансы не нулевые. Тут много неизвестных.
Заинтересует ли Минск отмена этих санкций, если в них не будет допуска к портам в Клайпеде? Станет ли США продавливать Литву, чтобы освободить беларуских политзаключенных? Пока непонятно.
Это вопрос, в котором нельзя ничего утверждать, потому что с Почобутом тоже было много договоренностей, которые в итоге не сработали, и сделки отменялись чуть ли не в последний момент. Тут остается только ждать. Но я думаю, что этот процесс идет и на сегодня это самый перспективный процесс, который есть у Минска с Западом.
Политический аналитик также прокомментировал шанс на переговоры Минска с Польшей, и как на это могут повлиять президентские выборы, первый тур которых прошел в соседней стране 18 мая.
— У Польши есть опыт долгого взаимодействия с Лукашенко и понимание, что это человек, который, в принципе, конъюнктурен, и с ним можно отматывать шаги назад.
Именно поэтому Польша так четко увязала свободу Почобута с погранпереходами, потому что понимает: с этим режимом можно торговаться, несмотря на всю ригидность своей позиции, на всю жесткость и принципиальность.
Во-вторых, может быть, после выборов в Польше станет попроще. Пока две политические силы во власти, слишком большой риск получить порцию критики от второй стороны, и эта критика будет болезненной.
Может, когда вся власть будет в руках «Гражданской платформы», если Тшасковский победит на выборах, тогда, возможно, какие-то вещи будет легче проводить, в том числе во внешней политике и компромиссов с Минском.
Но я говорю о повышении вероятности с 5 до 20%. Я не считаю, что это прям сильно вероятно и мы в конце года увидим какую-то сделку.
У Польши тоже много сдерживающих факторов, один из которых заключается в том, что тяжело одной рукой минировать границу, а второй — вести переговоры об открытии погранперехода. Но у Польши есть хотя бы понятный рычаг: транзит, логистика, погранпереходы.
В контексте переговоров Минска с Западом, которые касаются освобождения беларуских политзаключенных и снятия санкций, обращает внимание Шрайбман, есть вопрос к режиму Лукашенко.
— Мы много говорим о Западе, но это не очень объективно. Если бы власти хотели послать четкий сигнал, они бы могли что-то сделать с репрессиями. То, как демонстративно продолжаются репрессии, — тоже подсекает возможность разговаривать.
Если ты пытаешься для себя понять, насколько Лукашенко заинтересован в диалоге, то первое, на что ты смотришь — это не только освобождает ли он людей, но и что происходит с репрессиями.
А там все та же дичь и даже больше — бывшие политзаключенные умирают, на Нину Багинскую завели уголовное дело, аресты не останавливается. <…>. И это, я думаю, демотивирует людей.
Если бы Лукашенко был заинтересован в диалоге, я думаю, у него были бы возможности сломить эту апатию более четкими сигналами, которые ему мало бы что стоили.
Добро пожаловать в реальность!