Политический аналитик — о том, как ЧП со стрельбой подпортило планы властей, и громадном протестном потенциале, который может привести к самым неожиданным и драматичным сюрпризам.
— Инцидент со стрельбой в Минске сильно подкорректировал повестку, старательно конструируемую пиарщиками власти, в силу чего отодвинул на второй план очень значимый момент, — пишет Игорь Кузнецов. — Белорусский режим на минувшей неделе попытался стартовать в новую политическую кампанию.
ЧП с Зельцером не могло быть инсценировкой, подстроенной властями, как сразу по горячим следам предположили многие, хотя бы потому, что прямо перед случившимся у Лукашенко проходило большое совещание по будущей Конституции, которое явно задумывалось как мощный пиар-ход: государственные СМИ уже старательно тиражировали отдельные цитаты и ключевые тезисы, задавая ход новым приоритетам для общественной дискуссии, как вдруг случилось такое…
Интервью CNN, случившееся так же на прошлой неделе, явно было организовано заранее и отнюдь не случайно в этом же промежутке времени. После совещания это был подготовленный второй пропагандистский залп, и тоже в развитие PR-стратегии политической кампании.
Вкупе с первым эпизодом, а также с продолжающимся нагнетанием на границах, все это должно было очертить основные рамки ближайшего политического процесса в том виде, как это видится белорусской власти.
А именно: продолжать убеждать всех как внутри, так и вовне, что в стране все успокоилось и стабилизировалось; акцентироваться на том, что все наши проблемы – с Запада; предлагать Западу торг в формате «отмена существующих и не введение новых санкций в обмен на стабилизацию на границе и диалог о будущем транзите» (без разговоров о правах человека и освобождении политзаключенных); для убедительности демонстрировать конституционный референдум как возможный инструмент этого самого транзита.
Иными словами, проведя «зачистку», в Минске, будучи уверенными, что сопротивление полностью подавлено, подготовились и решили приступить к очередной попытке вырулить из тотального кризиса и изоляции путем многостороннего и перекрестного торга, обещаний, намеков, спекуляций и шантажа.
Вышло скомкано. Всю неделю как белорусы, так и весь мир обсуждали ситуацию в стране в контексте смертельного ЧП. Естественным образом сформировалось тяжелейшее противоречие: для того, чтобы продолжить игру в намеченном русле, необходимо демонстрировать нормализацию в белорусском обществе, для чего так старательно и «чистили» половину лета и осени.
Однако в контексте произошедшего пропаганда озверела, силовики говорят о войне и мести, а общий фокус сосредоточен на обсуждении загнанного вглубь и, следовательно, совершенно непредсказуемого белорусского протестного духа. На этом фоне презентовать себя, как политического субъекта, с которым возможен прагматичный диалог с прицелом на хоть какой-то вменяемый результат, для официального Минска задача практически неразрешимая.
Как они будут ее решать, остается только гадать. Фактом пока является только то, что кризис лишь набирает обороты. Мелочь, но очень показательная: свой пост вынуждена была покинуть Чемоданова. «Сливы», которые под определенным углом могут казаться лишь комариными укусами, приводят к изменениям в кадровых конфигурациях. И пусть они выглядят лишь как косметические, ключевой момент тут в том, что они – вынужденные.
Впрочем, кейс Чемодановой – это действительно мелочь. А вот что не мелочь, так это то, что в белорусском обществе остается громадный протестный потенциал, который, при продолжении существующих практик со стороны властей, может приводить к самым неожиданным, непредсказуемым и драматичным сюрпризам. В таких условиях планировать даже краткосрочные политические процессы и эффективно их режиссировать нет никакой возможности, в любой момент все может пойти наперекосяк, что мы и видели на прошлой неделе.
А это значит, что без кардинального пересмотра политики во взаимоотношениях с обществом, белорусская власть обречена двигаться по наметившейся колее: углубление изоляции, рост санкционного давления и внутренних экономических проблем, итоговый экономический крах и коллапс всех существующих институтов и структур.
Добро пожаловать в реальность!