Доктор политических наук, директор института "Политическая сфера" Андрей Казакевич в интервью каналу Svaboda Premium оценивает позиции властей и общества Беларуси в послевыборном конфликте и рассуждает о возможной форме транзита власти.
Что показала общенациональная забастовка
- Как бы вы подытожили итоги первой недели общенациональной забастовки - кто чего добился? Кто победил?
- Трудно сказать. То, что это было, мы поймем позже. Очевидно, что политические протестные силы сумели мобилизовать достаточно большое количество людей и дать новый импульс протестам. Это касается и воскресной акции 25 октября, и протестных забастовок (среди которых были и успешные попытки), и мобилизации студентов, и акций протеста в течение недели.
Это показало, что протестный потенциал людей, которые открыто выражают свою позицию, достаточно силен, он сохраняется, и власти с этим мало что могут сделать.
С другой стороны, масштабы акций пока не изменили политического расклада. Власть благодаря репрессивным мерам остается относительно стабильной - по крайней мере, мы не видим, что последняя неделя привела к резкому обострению политического кризиса.
Мы просто видим еще один этап затяжного политического кризиса в Беларуси, затяжного противостояния между властью, которая уже явно делегитимизирована и которую поддерживает меньшинство населения, и протестным движением, который очень велико и активно и которое имеет мирный характер — то есть, оно не имеет механизма быстрой смены власти, ее захвата. Поэтому единственной тактикой для него остается долгосрочное давление на действующую власть, чтобы принудить ее к политическим изменениям - политической реформе и новым выборам.
Кто лидирует в противостоянии
- Как бы вы охарактеризовали сегодняшнее положение в Беларуси? Некоторые политологи называют это паритетом - победить пока не может ни власть, ни оппозиция. А как это видите вы?
- Я бы не сказал, что это паритет. Слово "паритет" означает, что стороны имеют одинаковый потенциал, одинаковую силу. А здесь мы имеем дело с очень ассиметричными позициями общества и власти. С одной стороны, сила на стороне власти, но вопрос легитимности и общественная поддержка — на стороне протестов.
Я бы сказал, что ситуация имеет признаки противостояния, в котором пока что ни одна из сторон не может победить.
Так что паритет - не то слово, которое отражает суть ситуации, которую мы имеем.
- Почему, по вашему мнению, не может победить власть, если имеет в своих руках всю силу? Иногда утверждается, что действия силовиков неэффективны, когда власти понимают, что не контролируют ситуацию и что им не подчиняются граждане, тогда они не в состоянии управлять страной. Но сила же есть? Вот недавно Станислав Богданкевич сказал, что экономическая стагнация может продолжаться довольно долго. Или все же одной силы недостаточно?
- Да, Богданкевич это сказал, но примеров таких мы знаем мало. Тем более сейчас мы говорим не о стагнации, но о ситуации острого противостояния между различными общественными силами. Я думаю, что ресурсы власти не безграничны, противостояние обходится дорого и приводит к дезорганизации государственного аппарата и процессов в обществе. И власть это все не может стабилизировать.
Почему не может? Потому что одной силы мало. Есть три опоры власти - деньги, солидарность и сила. Чтобы власти имели хотя бы две из этих трех опор - этого хватило бы.
Но с финансовой точки зрения все плохо, мы знаем, что Беларусь переживает экономический кризис. Скорее всего, он будет очень глубокий, никто Беларуси не дает денег - ни Россия, ни Китай, ни тем более Запад. Наверное, можно было бы залить деньгами общества и купить его лояльность, но для этого нет возможностей.
Под солидарностью подразумевается доверие людей к власти, согласие с ее действиями, отношение к ней как к легитимной. Сейчас этого нет, общество в большинстве своем не считает действия власти правильными, видит постоянные нарушения закона, остается много вопросов насчет того, имеет ли вообще Лукашенко право оставаться президентом. И пока непонятно, каким образом власти могут исправить эту ситуацию. Видимо, только прекращением репрессий, выпуском политических заключенных и новых выборов, но об этом речь не идет.
Соответственно, у Александра Лукашенко осталась только сила в качестве ресурса для сохранения своих позиций. Но этого очень мало для того, чтобы решить имеющуюся политическую ситуацию.
Силы хватает, чтобы пока удерживать власть, но я не думаю, что это может тянуться долго.
И тем более этого недостаточно, чтобы решить ситуацию и развязать политический кризис в свою пользу. Это, скорее всего, не получится.
Почему произошли отставки силовиков
- О чем свидетельствуют отставки силовиков, в частности Караева и Барсукова? Их бросили на мятежные области или аккуратно убрали? Есть ли здесь роль Москвы, если иметь в виду недавний визит в Беларусь главы Службы внешней разведки России Нарышкина?
- Я здесь могу высказывать только мнения, поскольку большой инсайдерской информации не обладаю. У меня такое ощущение, что это результат реальной усталости и силовиков, и государственного аппарата. Ситуация затягивается, неясно, как ее решать, поэтому люди там в стрессовом состоянии — они постоянно должны нарушать закон, им постоянно говорят, что они завтра на акции должны чуть ли не убивать демонстрантов, многие понимают, что могут быть наказаны за это. А ситуация очень нестабильная, идут не очень благоприятные сигналы и от России, и от Запада.
Поэтому я все эти ротации, не только последнюю, но и прежние перемещения во главе прокуратуры, КГК и КГБ, рассматриваю как проявления усталости. Плюс дезорганизация государственного аппарата как результат этой усталости и политической неопределенности, а также неспособность Лукашенко продемонстрировать качества лидера в ситуации политического кризиса.
Все это вместе приводит к тому, что Лукашенко должен как-то мобилизовать государственный аппарат и найти для этого новые ресурсы. И вот эти кадровые перестановки - одна из таких возможностей. Он дает новые возможности для карьерного роста чиновникам, перебрасывает их на выполнение других задач, чтобы они не были под таким давлением.
Как может произойти транзит власти
- Координационный совет был создан именно ради "транзита власти". Но если задуматься над тем, как и когда может реально произойти этот транзит, то появляется больше вопросов, чем ответов. Многие пытаются писать о возможных вариантах, но, по моему мнению, ни один из них сегодня не выглядит реалистичным. Какой вариант вы видите и можете допустить?
- Если подходить чисто аналитически, таких вариантов только три.
Первый вариант - вариант власти, когда решение политического кризиса происходит по правилам Лукашенко. Это подавление протестного движения, вовлечение в новую политическую систему части оппозиционных сил, навязывание своих правил игры через изменения в Конституцию и сохранение существующей модели, возможно даже отставка Лукашенко, но без изменения сути режима на далекую перспективу.
Второй вариант - победа протестного движения, в результате которой власти будут вынуждены уйти. Тогда весь транзит будет происходить по правилам протестного движения.
На сегодняшний день оба эти варианта мне кажутся маловероятными. По крайней мере, менее вероятными, чем третий.
Я имею в виду вариант, когда транзит будет осуществляться все же в результате какого-то диалога между властью и протестным движением, возможно, в результате переговоров и соглашений между ними о том, как должно выглядеть политическое будущее Беларуси - когда состоятся следующие выборы, какое количество институций будет руководить новой Беларусью после Лукашенко и как вообще будет осуществляться баланс между старой и новой властью.
Думаю, это наиболее вероятный сценарий, так как, повторюсь, я не вижу ресурсов, при помощи которых власть, особенно при сохранении Лукашенко, могла бы стабилизировать ситуацию. Нет ни экономических ресурсов, ни политических, ни внешнеполитических.
А протестное движение - мирное, там и проблема с лидерством, и не очень хорошая внешнеполитическая ситуация, в частности, нет поддержки со стороны Москвы. Ну, и ряд других факторов, делающих его однозначную победу маловероятной.
Поэтому похоже, что какой-то баланс будет достигнут в результате диалога. Это может включать в себя и непосредственные политические переговоры, и формальные и неформальные договоренности о том, каким образом будет решаться политический кризис.
Ну, и самое главное. Окончательное решение политического кризиса, естественно, возможно только в результате новых выборов и политической реформы, которые должны состояться одновременно. Я держусь того мнения, что новые выборы президента и конституционный референдум должны состояться одновременно, чтобы не терять время и сразу приступить к транзиту в сторону гораздо более демократического устройства, чем сейчас.
На что надеется Лукашенко
- В интервью "Свободе" 29 октября помощник Светланы Тихановской по международным делам Франак Вячорка сказал, что, по его мнению, Лукашенко сейчас ищет пути для достойного и выгодного ухода. Вы с этим согласны?
- Я думаю, что он рассматривает такой вариант, но не то чтобы он искал. Мне кажется, он готов еще какое-то количество месяцев бороться, рассчитывая, что что-то само собой произойдет.
Пока у него есть какие-то ресурсы, есть экономические резервы и силовой аппарат. Также он надеется запустить конституционную реформу, и это тоже какой-то свет в конце тоннеля. В такой ситуации он будет тянуть, надеяться - может Россия перестанет оказывать давление, может люди внутри страны удовлетворятся такой реформой, или в регионе случится что-то необычное, как в 2013-2014 годах произошло с Украиной, плюс пандемия и международный экономический кризис - все это поможет ему сохранить власть.
Я думаю, стратегия Лукашенко такая. Соответственно, возможные поиски вариантов ухода - это только запасной вариант. Основной вариант - потянуть время, побороться, а там - кто знает, может, все само собой наладится.
И это очень характерно для Лукашенко. Если вспомнить его политическую карьеру, он никогда не любил долгих стратегий и долгосрочного планирования. Все было связано с тактическими, кратковременными шагами.
Перевод с бел. — EX-PRESS.BY
Добро пожаловать в реальность!