Главный редактор радиостанции «Эхо Москвы» Алексей Венедиктов считает, что Лукашенко "будет стараться обдурить Путина" в понедельник на переговорах Сочи. Об этом близкий к Кремлю журналист заявил 12 сентября в диалоге со своим первым замом Сергеем Бунтманом в эфире передачи «Будем наблюдать».
А. Венедиктов: Я думаю, что те переговоры, которые в понедельник пройдут в России между Путиным и Лукашенко, он будет стараться обдурить Путина, совершенно очевидно. Посулит ему массу благ, кроме, может быть, потери суверенитета Беларуси. Я так понимаю, что он все-таки в публичной зоне на это настаивает. Но он будет отчаянно торговаться. Смысл такой: «Я вам и такой нужен. А если не я, то кто? Бабарико ваш что ли?»
Подписывать ничего не будут. Вот эта «дорожная карта», о которой говорится, по интеграции, включая туда урегулирование всяких экономических вопросов и политических, она подписывается другими людьми – министром экономики, председателем правительства и так далее. Подписывать ничего не будут. Я говорю о переговорах. Не просто подписывать не будут, пресс-конференции не будет (во всяком случае, не планируется), подхода не будет. То есть мы будем узнавать это либо по тому, что нам расскажет Дмитрий Сергеевич Песков во вторник, либо по тому, что расскажет Александр Григорьевич Лукашенко в среду кому-нибудь у себя, и мы это получим.
Поэтому понедельник – день такой важный. Но он ничего не решит. Не стоит задирать надежды, на мой взгляд, ни для Беларуси, ни для белорусского народа, ни для президента Беларуси, ни для Путина, ни для российского народа. Ничего не решит. Не задирайте надежды.
С. Бунтман: Что дал Лукашенко разгром президиума Координационного совета?
А. Венедиктов: Смотрите, оппозиционный Координационный совет… Он даже не оппозиционный, он Координационный совет по транзиту власти. По-моему, он так называется точно. Какой-никакой, я имею в виду как он составлен был по непонятным критериям, он тем не менее в глазах тех, кто не признавал переизбрание Лукашенко, являлся переговорной стороной в глазах Евросоюза в первую очередь, Соединенных Штатов Америки. Он являлся переговорной стороной. Когда говорили о круглом столе, они говорили: «Вот есть власть в лице Лукашенко, а есть представители в лице Координационного совета».
И отказ Лукашенко не признавать легитимность – при чем тут легитимность? – от переговоров под эгидой ОБСЕ – Беларусь является частью ОБСЕ, напомним, так же, как и Россия, так что мы внутри этой организации – и разгром Координационного совета означает, что те люди, которых многие признавали за выразителей интересов той части общества, которая не признавала Лукашенко, или части той части общества, которая не признавала Лукашенко, означает, что а с кем переговариваться теперь, кто должен сидеть за этим круглым столом, если начнутся переговоры?
Это значит, что Лукашенко будет имитировать эти переговоры, – а я думаю, что эти переговоры все равно будут, некий круглый стол, – назначая туда представителей официальных профсоюзов, иных политических партий, которые, естественно, не являются оппонентами Лукашенко, мэров крупных городов. Я не знаю, как это будет концентрироваться. Но вот те люди, которые представляют оппонентов Лукашенко, они из этого процесса исключены, потому что они, с точки зрения Лукашенко, дискредитированы: одни – в эмиграции, другие – в тюрьме, третьи – в подполье, четвертые – в обвинении. Нету. Они физически отсутствуют за этим столом. Поэтому это такая выбранная тактика. Я понимаю, что он делает.
Ведь белорусский протест реально возник без лидера, так же как хабаровский. То есть были некие символы – Бабарико, Цепкало. Ну простите, до начала выборов мало кто слышал. Во всяком случае, за пределами Беларуси. И появление в ходе людей, совершенно которые раньше – в первую очередь, я уж тут никого не удивлю, если скажу Мария Колесникова, да и Светлана Тихановская, на самом деле – это когда протест выдавил, на самом деле, настоящих лидеров из себя разных: Светлана Тихановская – одна дорога, Мария Колесникова – другая дорога. Тем не менее.
И вот их нейтрализовать, дискредитировать, стереть ластиком с переговорного процесса – одну в эмиграцию, другую в СИЗО, Бабарико в тюрьму, Цепкало за границу – ну понятно все, это такая тактика, которую применяет опять же Мадуро.
Мне кажется, что очень любопытная история с этими двумя гражданами, которые вчера перелезли через забор шведского посольства в Минске. И сейчас там, я думаю, начнется по поводу посольств всякие разборки. Я напомню, что 7, по-моему, послов приехали домой к Алексиевич, когда возникла угроза ее силового привода – я не скажу «задержания» – на допрос. Во дворе стали появляться разные машины и люди. Я это видел, Сереж. Это, конечно, впечатляющее зрелище. Посольские машины с флажками.
Выстроились у подъезда. Послы поднялись в квартиру. Я вообще не помню такого жеста.
С. Бунтман: Это новый жест. Я такого тоже не видел. И плюс установка круглосуточного дежурства посменного дипломатическими представительствами – это вообще выдающаяся, на мой взгляд, история.
А. Венедиктов: Вообще, на этой неделе, я должен сказать вам, что, конечно, настоящий феминизм, а не притворный, он заключается в тех людях, которые не проводят, на мой взгляд, отдельную женскую повестку дня, а становятся лидерами. И мы на этой неделе это видели в разных женских лицах – Юлия Навальная, Мария Колесникова и Светлана Тихановская, Светлана Алексиевич. Бесстрашные, несгибаемые, не разыгрывающие свою гендерную принадлежность как исключительную, я бы сказал. Вызывает только уважение, преклонение, удивление, что хочешь.
С. Бунтман: Удивление. Кстати, об удивлении. Было ли неожиданностью то, что сделала Мария Колесникова?
А. Венедиктов: Да. Это никто не ожидал. То есть ожидали все, я ожидал, что ее попытаются либо посадить, либо выдворить.
С. Бунтман: Ну вот попытались выдворить.
А. Венедиктов: У нее не было другого пути. Вот по тому, как двигалась государственная машина минского президента, было понятно, что вот эта задача – разобраться с лидерами Координационного совета – идет безостановочно, вокруг машины крутится. Ну, идет бульдозер. И там два – либо ку, либо у, как мы знаем у Шварца. То есть либо выгнать из страны своего гражданина, выслать, заставить уехать, либо сажать. Было понятно, что Мария Колесникова…
Собственно, мы потому и торопились с ней сделать быстро интервью из Минска именно, скажу я цинично, потому что понимали, что она может оказаться не в Минске или в заключении. И вот прямо в день интервью, когда в «ДайДудя» она должна была у нас выйти накануне, ее попытались вывезти. Она, на мой взгляд, совершила замечательный в смысле заметный поступок, в смысле который невозможно не заметить.
С. Бунтман: Очень мощный поступок.
А. Венедиктов: Вот если бы ее выдворили – это была бы одна из выдворенных. Потом бы шел спор: сама уехала, не сама уехала. Я просто понимаю, как это было бы. А здесь все было однозначно. Порвать паспорт, чтобы ее не приняли украинские пограничники… Ну конечно они бы ее приняли, давайте так скажем. Ну конечно они бы ее пропустили.
С. Бунтман: Ну, наверное, да.
А. Венедиктов: Я знаю, Сереж. Не наверное. Пропустили бы. Но она же не просто порвала паспорт, она выпрыгнула из машины и пошла в сторону белорусской границы.
А. Венедиктов: И возвращалась в сторону Беларуси. Это поступок. Поступок разорвать паспорт без возвращения в Беларусь – и она это точно поняла – красиво. Но ее пустили бы в Украину. Ну пустили бы. Возвращение демонстративное назад означало, что она продолжает борьбу. Вот вам, пожалуйста, поступок. Я думаю, что вот этот поступок во многом придал дальнейшее дыхание белорусскому сопротивлению.
С. Бунтман: Да. Еще одного гражданина Беларуси не пускают назад – это владыка Тадеуш Кондрусевич.
А. Венедиктов: Да. Здесь у Беларуси особые отношения с Ватиканом, надо признать. Ведь много католиков в Беларуси.
С. Бунтман: Да, были очень хорошие. И у Лукашенко были вполне дипломатичные отношения.
А. Венедиктов: Он дважды был в Ватикане, несмотря на то что больше он никуда не ездил. Он встречался и с Франциском, и с предыдущим (Бенедиктом).
С. Бунтман: Бенедиктом XVI.
А. Венедиктов: Да. И в пятницу на встрече со спецпредставителем римского Папы министр иностранных дел Беларуси Макей подтвердил приглашение римского Папы в Минск. То есть понятно, что Макей сам по себе ничего не делает, это позиция Беларуси, жест в сторону Ватикана. Практически это приглашение. Интересно посмотреть на реакцию Святого Престола.
С. Бунтман: Но при этом о Кондрусевиче не было ничего.
А. Венедиктов: В смысле?
С. Бунтман: В заявлении Макея потом.
А. Венедиктов: Я думаю, что идут переговоры по этому поводу, потому что он представитель Папы, нунций в Беларуси. Но он и белорусский гражданин. Он родился в Гродно и никогда не отказывался от гражданства Беларуси. Поэтому это тоже вопрос. Я думаю, что учитывая необходимость общения через Ватикан с Европой, я думаю, что эта ситуация разрешится.
С. Бунтман: Всю неделю уже с прошлого уикенда несколько изменились. Появилось очень много людей в штатском в масках с дубинами, которые нападали и избивали.
А. Венедиктов: Это важная история. Это попытка показать, в том числе своему контрагенту Путину, что ситуация в Беларуси абсолютно под контролем, что силовые структуры и часть народа преданы своему президенту, признают его своим президентом. И это повышение ставок в игре с Путиным, а не с собственным народом. Вот эта зачистка делается в преддверии визита.
Добро пожаловать в реальность!