Александр Лукашенко в интервью украинскому журналисту Дмитрию Гордону рассказал, что думает о сопернице по президентской кампании Светлане Тихановской.
– Что вы думаете о Светлане Тихановской? Вчера еще никому не известная женщина собирает многотысячные митинги по всей Беларуси.
– Вы знаете, я о ней – клянусь вам! – практически ничего не думаю. Кроме одного: мне ее просто жаль. Она не вскочила – ее просто впихнули в эту ячейку.
– Вы знаете кто?
– Конечно знаю. Почему же я не знаю?
– Кто?
– Штабы. Вот эти люди, которые сидят в штабах Бабарико, Цепкало и у нее самой. На что они рассчитывают? Представьте, они же прекрасно видят статью за свои правонарушения и понимают, сколько им придется отсидеть. Поэтому брошены все деньги, которые мы даже еще не нашли, на то, чтобы крутить это. Интернет – вы видите, что происходит.
Ну там же бесплатно ничего не бывает. Вы это должны понимать. И в острый период электоральный всегда платят больше. Думаю, вы с этим тоже сталкивались не один раз. Поэтому это огромные деньги: поездки, разъезды, приглашения артистов. А артистам платить? Вы посмотрите: многотысячный митинг... Вы были на ее митинге?
– Нет.
– Ни разу. А все говорят: многотысячные митинги.
– Я видел картинку.
– Правильно! Хотите, я вам сейчас... Да чего я вам говорю? Вы сейчас можете здесь сделать такую картинку, что все ахнут!
– Нас будет много.
– Нас будет много! Притом вы имеете дело с фотографом советским. То есть я с операторским делом хорошо знаком. Я был аж заведующим в университете в студенческой лаборатории. То есть я профессионально этим...
– Что такое ракурс, вы понимаете?
– Не только ракурс! Спросите у пресс-секретаря: я понимаю, как делаются картинки. Поэтому вот эти многотысячные – это, знаете, кавычки надо поставить. Это во-первых. Во-вторых, да люди приходят. Слушайте, три женщины – чего они хотят? А что за трехголовый змей? У нас это в диковинку. Это же не в Украине.
– Такого не было еще.
– Такого никогда не было! Люди идут. А там еще артист какой-то известный приедет, споет. Люди идут посмотреть. Важно не это. Важно, с чем они оттуда уходят. Дима, а с чем они могут уйти, если там заезженная пластинка? Им написали: разумные, неглупые люди написали. Они же им не напишут программу, как у меня, допустим. Люди будут смеяться, потому что это программа – ну не Тихановской программа, не этих трех девиц. Они ей написали одно. Несправедливые выборы проводим – и она побеждает на них. Несправедливые. Выпускаем экономических, политических, наркоманов, уголовников. И проводим справедливые выборы. Это ее программа. Ну, во-первых, у нас парламент назначает президентские выборы. И никогда парламент в Беларуси, видя обстановку... Там же живые, нормальные депутаты сидят – они понимают, что происходит. Они никогда не назначат повторные выборы. Во-вторых, надо в отставку президенту уйти, которого только что изберут. Ее. Понимаете, кругом каша. Непродуманно, глупо. И они эту вертят, вертят, вертят пластинку.
– У вас нет ощущения, что эту миловидную женщину: Светлану Тихановскую – вслепую использует тот же Кремль?
– Я слишком далек от того, чтобы использовал ее Кремль. А вот те, кто Кремлю рапортуют и подпевают, – они, конечно, в какой-то степени используют. И мы же задержали конкретных людей в Беларуси. Кроме этих боевиков, мы задержали которые ведут их. Политтехнологи известные.
– Они из России?
– Россияне.
– Светлана Тихановская вызвала вас на дебаты. Вы пойдете?
– Какие дебаты? Она не пришла на дебаты. У нас дебаты – какого там? В четверг она на дебаты не пришла.
– Но вы были бы готовы к дебатам с ней?
– Я готов. Дима, ты же меня знаешь: я готов всегда со всеми. Было бы даже с моей стороны некрасиво. О чем бы мы с ней дебатировали? Вот сидит Светлана без бумажек – там же не пропишешь, на дебатах, все, что говорить. Нечестные, честные выборы. О чем говорить? Говорить-то не о чем. Я же понимаю, что Света, как вы правильно сказали, – ее выпихнули и развернули как некое знамя. И все. Она хорошую котлету только что приготовила – может, детишек накормила и так далее. Еще запах этой котлеты приятный есть. А дебаты надо вести по каким-то вопросам...
– По геополитике?
– Да, которые – ты мне гадкие эти все вопросы задавал. О чем речь? Я же хорошо знаю возможности не только Светланы, но и всей этой троицы. Как вести с ними дебаты? О чем говорить?
– Тем не менее как человек, который склонен к критическому мышлению, я не сомневаюсь, что вы иногда думаете: "Что я делаю не так?" Вы думаете о том, что заставляет эти тысячи людей выходить на протесты? Что их влечет туда?
– Вы знаете, там люди разные. Вот я вчера провел совещание о ситуации в стране. И кусочек, один факт вам назову из Бреста. В Бресте они собрали многотысячный, говорят, митинг: то ли шесть, то ли семь тысяч собралось людей.
– Немало.
– Десант – День десантника. Концерт. Люди пришли и оттуда, и оттуда. Посмотрели, послушали – и ушли. Поэтому – да, собрались. И я у губернатора спрашиваю... Приехало много людей: приезжие из Минска. Они же едут, чтобы организовать хотя бы это ближнее кольцо, массовку эту. Но я говорю: "Ну не все же они приехали. Кто они?" Он мне... Прямо вот разложили с Комитетом госбезопасности этих людей. Это же не проблема. Фотографию сделал – идентифицировал.
– Конечно.
– Значит, он с такой обидой даже: "Александр Григорьевич, так они живут в особняках под Брестом шикарных. Вчера топливо возили. Заправляли здесь, везли в Польшу, выгружались там, продавали". В баках: даже в баках! И по нескольку ездок через границу. А сейчас пандемия. Две тысячи студентов по карте поляка – знаете, что это такое?
– Да, конечно.
– Учились в Польше. Ясно, что это оппозиционных родителей, и так далее, и тому подобное. Они их там, естественно, обрабатывают: поляки. Как только пандемия, их... "Уезжайте". Как, "уезжайте"? Куда "уезжайте"? Они же там живут, учатся и прочее. И они на границе сосредоточились. Мне госсекретарь докладывает: генерал. Говорил: "Александр Григорьевич, что будем делать?" Ну что делать? Ну наши дети! Я их забрал. И все две тысячи там – против Лукашенко. ИПшники: индивидуальные предприниматели, – которые с Черкизовского рынка... Знаете историю?
– Из Москвы, да.
– Привозили сюда шмотки, продавали и прочее. Пандемия – границы закрылись, не работают. Вакансий... Ну и другие. Вакансий предостаточно. Идите, трудоустройтесь, поработайте. Ну да, 500-600 долларов вы получите. Понятно, не Черкизон и так далее. Ну надо пережить это. Нет, не хотим. У нас вообще по стране около 60 тысяч гастарбайтеров. В России работали в основном, в Украине работали. Пандемия – всех выпихнули оттуда. Они здесь. Вы представляете, сколько людей сидят и чего-то ждут? То есть разные люди.
– А тут три красивые девушки?
– Да. А как не пойти, не посмотреть? Поэтому я... Поверьте, Дмитрий: я это вижу. Не очень это приятно: что это в моей стране. Но я не парюсь по этому уж слишком.
– Но это демократия.
– Да. Я же понимаю, что против... За меня всегда 20-21 процент на всех выборах от пришедших не голосовали. Это 300-400 тысяч – а может, и 500 тысяч – человек. Полмиллиона. Ну так что, я не реалист? Я понимаю, что в данный момент: когда и пандемия, и все сошлось в одну кучу. И лето – знаешь, вот мы тут все, делать нечего, топливо не возим. Почему не пойти и не посмотреть?
Добро пожаловать в реальность!