Политолог Аркадий Мошес, директор исследовательских программ Восточного соседства Евросоюза и России в Финском институте международных отношений, объясняет, почему нынешние брутальные действия белорусской власти стали неожиданностью для многих в Евросоюзе, и заявляет, что пропасть между новым современным белорусским обществом и старым анахроническим режимом будет только расти.
Аркадий Мошес
- Избирательная кампания в Беларуси (два самых заметных и рейтинговых кандидата задержаны и сейчас за решеткой, арестованы свыше сотни активистов и участников штабов кандидатов, в местах заключения фактически пытают задержанных) проходит совсем не так, как ожидали европейские политики. Почему Лукашенко пошел по этому пути, понимая, что это принесет ему очевидные внешнеполитические минусы?
- Это, конечно, совсем не такая компания, на которую рассчитывал Евросоюз. Но Евросоюз оказался в плену своих иллюзий, в котором он оставался с начала нынешней стадии перезагрузки отношений с Минском, с 2015 года. Европейцам казалось, что существуют какие-то причины, ограничения, договоренности, в рамках которых Минск будет вести себя иначе. Это свидетельствует о недостатке аналитики.
Ведь совершенно было очевидно, что белорусский политический процесс развивается циклами. Общество движется совсем не в том направлении, в котором движется президент. Наступает определенный момент, когда эти траектории расходятся очень далеко — и режиму приходится идти на жесткие меры, так как иначе власть может выпасть из рук.
Сейчас происходит очередная волна. В других экономических условиях и без пандемии общественный подъем, возможно, не достиг бы такого уровня, как сейчас. Режим понимает, что ему приходится действовать со всей свойственной ему жестокостью, чтобы репрессировать активистов и запугать тех, кто колеблется. А после 9 августа (если удастся сохраниться у власти) режим будет решать свои внешнеполитические проблемы, исходя из того, что «победителей не судят».
Мне не очень понятно, почему кто-то ждал другого поведения. Если с одной стороны вопрос власти, а с другой - какие-то визиты в Минск западных политиков, какие—то конференции и форумы - понятно, что выбор будет делаться в пользу сохранения власти и ее защиты всеми доступными средствами.
- Но обозреватели могли предположить, что все пройдет спокойно и безопасно для Лукашенко, как в 2015-м.
- Так могли судить люди, которые не очень разбирались в ситуации в Беларуси. Я не исключаю, что именно так они ее и представляли, и именно так аргументировали свою позицию европейским лидерам. Но сегодня не 2015-й. Тогда события 2010 года, брутальность, которая была тогда проявлена, были еще близки в памяти людей. К тому же за эти годы общество увидело, что сохранение во власти Лукашенко ни к каким хорошим переменам не ведет. Что голосовать за Лукашенко - это возможность получить очередной декрет о тунеядцах и так далее. Белорусское общество развивается, становится все более современным и проевропейским, оно не изолировано от мировых потоков информации. А режим практически не эволюционирует, он надеется на старые и постоянные инструменты.
Многие европейцы ничего этого не видели. И действительно, многие из них думали, что повторится картина 2015 года. Но в Беларуси образовались два очага протеста. Протест низовой, который сумел подхватить и сформулировать Тихановский. И протест части элиты, который символизирует Бабарико и в чем-то даже Цепкало.
И когда это обозначилось, режим решил отбросить всю порядочность и вести себя как раньше и всегда.
- Эти разные траектории развития общества и власти, если они столкнулись — что может произойти?
- Честно говоря, не хочется рассуждать в рамках наихудшего сценария, но стоит быть готовыми к новой волне репрессий, притом превентивных. Думаю, режим пойдет на то, чтобы не допустить протестов в момент объявления результатов выборов. Поэтому давление на активистов, даже потенциальных, будет нарастать уже сейчас.
- 18 июня в МИД Беларуси были приглашены западные послы. И, наверное, там представители официального Минска убеждали западников, что нынешние аресты - это попытка удержать страну от вмешательства России, что все основные альтернативные кандидаты - это ставленники Кремля, и что Минск не желает ухудшать отношения с Западом. Насколько западные политики могут купиться на такую риторику?
- Некоторые из них, вполне возможно, могут купиться на такую риторику. Ведь это сильно не противоречит тому, что они слышали от своих аналитиков и даже политиков в течение последних пяти лет. Это та версия, которую в контексте нынешних отношений Запада и России проще всего принять.
Второе - существует целый слой людей, которые так или иначе выиграли — в личном и служебном, карьерном плане — от перезагрузки отношений с Минском. Сейчас, когда произойдет обострение отношений Беларуси с Западом, этим людям придется отвечать на сложные вопросы и иметь тяжелые разговоры со своим начальством. Поверят или нет - не так и важно. Важно то, что существует довольно много людей, которые и впредь, несмотря ни на что, хотят проводить политику нормализации отношений с Минском.
Мы даже сейчас видим, как неохотно Евросоюз меняет свою риторику — «выражение озабоченности» пока ничем не подкрепляется. За более жесткую политику относительно официального Минска высказывается только группа депутатов Европарламента. Единого фронта мы пока не видим. Да, лоббисты и общий контекст отношений Запада с Россией сделали свое дело.
- Можно ли сказать, что в Москве потирают руки, наблюдая за тем, что в эти дни делает Лукашенко? Ведь если проводить параллели с тем же 2010 годом, то после того разгрома Минск оказался в международной изоляции и позиции России в Беларуси усилились. Не может ли произойти то же и сейчас?
- Возможное ухудшение отношений Запада с Минском еще не произошло. Запад будет очень активно следить за тем, насколько брутально будут подавлены протесты после выборов. Но если протесты будут подавлены еще до выборов - то радикально в отношениях может ничего и не произойти. Ну, будут приостановлены переговоры о предоставлении каких-то финансовых средств Минску, которых тот и так не получает. Отменят какие—то визиты - Лукашенко без этого переживет.
Но даже если ухудшение отношений Минска с Западом реально произойдет... Если Лукашенко останется у власти - вряд ли в Москве будут очень сильно потирать руки. Разница с 2010 годом заключается в том, что тогда была какая-то договоренность между Минском и Москвой. Тогда у Лукашенко была свобода маневра гораздо больше, и он реально выбирал. Тогда эта договоренность с Москвой купила ему 10 лет у власти.
А сегодня Москве сложнее. Если бы они могли свалить Лукашенко - они бы давно это сделали. НЕ очень получается. Усиление влияния идет, но последнего щелчка не происходит. В России много своих проблем, от политических до экономических. Лукашенко и отношения с Беларусью — не приоритет в сегодняшней российской политике.
- Если Виктор Бабарико выдвинулся в президенты, то среди уймы самых разнообразных версий были и достаточно реалистичные. Например, рассуждали о том, не может ли его выдвижение быть результатом определенной договоренности между Москвой и Западом. При этом и сам Бабарико повторял фразу, что не играет в те игры, в которых не может выиграть.
- Безусловно, эта версия - результат аналитических рассуждений, которые должны иметь под собой определенное обоснование. Возможна ли в принципе договоренность между Москвой и Западом по поводу лидера какой-то постсоветской страны? Да, перед нами есть пример Молдовы, где это произошло. Может ли господин Бабарико удовлетворять в качестве компромисса и Россию, и Запад? Да, безусловно, ведь это новое лицо, предполагающее новые возможности, человек, разбирающийся в экономике. Так что противоречий в этой версии я не вижу, но знать, правда ли это, я, конечно, не могу.
- Если в результате этой избирательной кампании те разные пути развития общества и власти, о которых мы говорили, тот подъем и политизация, которая наблюдается в Беларуси, не приведет к смене власти — то какое будущее ждет страну? Будет ли власть искать компромисс, или она будет стремиться заморозить общество, как после 2010 года?
- Очень трудный вопрос. Более вероятной мне кажется ситуация очередного дежавю. Произойдет то, что мы уже видели, закручивание гаек, репрессии, запугивание, миграция части недовольных, замораживание и даже ухудшение экономической ситуации. И удовлетвориться такой перспективой значительная часть белорусов не захочет. Мы видим изменение общественных настроений и по отношению к рыночной экономике, и к дилемме «жесткая рука или демократия», и так далее.
Пропасть между новым современным обществом и старым анахроническим режимом будет только расти. Говорить о сценарии революции и Майдана на сегодня не приходится. Режим имеет ресурс, аппарат подавления, он может опереться на людей, получающих выгоды от продолжения существования этой системы.
Перевод с бел. — EX-PRESS.BY
Добро пожаловать в реальность!